— Как такое может быть? — Крячко был удивлен не меньше Гурова. — У них ведь общие дела. Один другому, можно сказать, жизнь доверил, а телефонные номера нет? Странно все это.
— Странно, но только на первый взгляд. Ярцев знал, с кем имеет дело. Преснов запросто мог установить прослушку на его телефон. Он опасался утечки информации и во что бы то ни стало хотел сохранить свою связь с адвокатом в тайне. Сам выбор адвокатской конторы, удаленной от Москвы, говорит в пользу моей теории.
— Умно. Ни одного звонка за месяц, это какую ж силу воли надо иметь? Отдать главный козырь практически незнакомому человеку и не связываться с ним столько времени. Наш Ярцев просто герой! — восхитился Станислав.
— И это не совсем так, — возразил Гуров. — Они созванивались и даже встречались, только не по мобильному и не в конторе.
— А сейчас ты скажешь, что знаешь, как они это делали и где, — хмыкнул Крячко.
— Так и есть. Помнишь, мы проверяли звонки на телефон Камова? Один из номеров принадлежал общественному аппарату с Казанского вокзала. Так вот, этот же номер неоднократно зафиксирован на одной из сим-карт Ярцева. Выходит, они перезванивались с помощью этого аппарата.
— Ловко. И когда ты только успел все проанализировать?
— Был в Управлении в шесть утра, — признался Гуров. — Посидел у парней в информотделе. Итак, мы получили даты звонков и даты поездок Ярцева в Москву. Всякий раз, когда Ярцев приезжал в столицу, он созванивался с Камовым. Вплоть до последнего визита.
— Но почему именно Казанский?
— Пока не знаю. Возможно, место значения не имеет. Узнал, что там есть таксофон, и не стал искать другой. На вокзале всегда много народу, легче затеряться в толпе.
— Ладно, это мы выяснили, Ярцев связывался с Камовым, используя таксофон, предположительно, по той причине, что боялся засветить его перед Пресновым. Боялся не напрасно, так как, судя по тому, что Камов мертв, все-таки засветил. И что нам это дает?
— Тут снова загвоздка, вернее, загадка. Ярцев уезжает из Москвы, предварительно созвонившись с Камовым, и в эту же ночь погибает. Теоретически между ними должна была быть какая-то договоренность насчет способа оповещения о смерти. Ведь должен же был Камов держать руку на пульсе. Он должен был первым узнать о гибели Ярцева, чтобы успеть пустить в ход компромат.
— Предположительно, — напомнил Крячко.
— Да, да, предположительно, зануда ты чертов, — беззлобно проворчал Гуров. — Не перебивай, а то мы до ночи не закончим. Итак, он должен был узнать первым.
— Но не узнал, — снова бросил реплику Крячко. — Иначе бы успел пустить в ход компромат и остался бы жив.