/ Послал разведку
307[416] и выяснил отход врага. Принеся благодарность [Аллаху], мы подняли на холм четыре пушки, вырыли окопы лицом к неприятелю и стали ждать необходимого приказа [эмира].
ТЕПЕРЬ СЛУШАЙТЕ О ДВАДЦАТИ ДВУХ БОЛЬШЕВИКАХ, ПРИБЫВШИХ ПОСЛАНЦАМИ И ПОПАВШИХ В ПЛЕН, ОБМАНЩИКАХ
Для мусульман они рыли яму, но сами попали в эту яму. Слово [Аллаха] всевышнего: «И хитрили они, и хитрил Аллах, а Аллах лучший из хитрецов». Те двадцать два [реформатора] большевика, опоясавшиеся поясом вражды, чтобы захватить Бухару, с множеством извинений поднялись в высочайший Арк. Главу их Уткина, который по злодейству и [гадкости] не имел равного, считали одним из отважных большевиков. Когда /170/ он, вооруженный, зашел в [приемную] его величества, главный казий, раис, я и слуги высочайшего двора, чуть не потеряли сознание. Истинный хранитель [Аллах] защитил здоровье государя ислама. Пробыв около четверти часа [на приеме], он вышел. Его с большими почестями провели во двор кошбеги и к его друзьям. Там имелся телефон, по которому он на армянском языке сообщил в Каган: «Прибыв сюда, мы сами оказались в положении побежденных» 308[417]. Еще не успев осуществить свои порочные намерения, они, по милости Аллаха /154б/, оказались похороненными. Со стороны его милостивого величества последовало воззвание, призывающее схватить неверующих большевиков. Ворота двора кошбеги сразу же закрыли. [Большевики] удивленно спросили о причине закрытия ворот. Служащие [эмира] ответили: «Вы являетесь уважаемыми гостями его величества. Внизу [под Арком] без высочайшего соизволения происходит восстание подданных. Как бы они не одержали верх и, ворвавшись [в Арк], не проявили к вам свое неуважение. Исходя из этого, мы заперли ворота, если вы намерены покинуть эту комнату и укрыться в другой. Лучше было бы вам свое оружие сдать нам. После признания победы народа в полночь, надев на вас чалмы и халаты, мы выбросили бы ваше оружие на улицу и дали бы вам проводника, который доставил бы вас вместе с оружием [вашим] в Каган. Они с радостью одобрили эти советы и собирались было сдать свое оружие и винтовки, [если бы не] неблагодарный Хаджи Зикрия, который подмигнув глазом, намекнул им не сдавать оружия. [Чиновникам и нукерам] дали знак, чтобы их подняли в балахану. Большевики не сдали своего оружия и поднялись на балахану. Волей-неволей им там поднесли кушанье. Несколько человек из слуг опоры справедливости /155а/ зашли к [большевикам] и в /171/ теплых словах, с извинениями, их с балаханы опустили вниз и сказали, что отсюда ход в высочайшую канцелярию, завели в каменный подвал