– Рэм Анисимович, не преувеличивайте последствия, – возразила она.– Если следовать вашей логике, то теперь кроме офиса, я нигде не должна появляться, шарахаться от собственной тени? Ну, это уже какая-то навязчивая мания?
– Я не ограничиваю вашу свободу, но не в обществе мужчин, что дает повод для сплетен и разных инсинуаций.
–Во-первых, я была не с мужчинами, а с коллегой,– ответила президент.– Собиралась пригласить в кафе и вас, но мне напомнили о проблемах с вашим здоровьем. Вы ведь кроме минеральной воды, соков. спиртных напитков, не употребляете. Сидели бы и скучали, так ведь?
– ККто напомнил, кто проявил трогательную заботу о моем здоровье? Не новоиспеченный ли юрисконсульт?
– Да, он, Павел, – призналась она.
– Тогда все понятно, вы его уже панибратски Павлом, Пашей называете. Ника Сергеевна, я бы не отказался от приглашения, – признался он с грустью. – Самому одиноко, хоть волком вой.
– Я вам искренне сочувствую, поэтому впредь учту, не обижайтесь, это была сугубо деловая встреча, акт или жест вежливости,– подчеркнула Стужина.– Я не вправе была отказать юрисконсульту за его усердие и успехи. Теперь он вдохновился и будет трудиться с еще большей энергией и результативность.
– Получается, что я лодырь, тунеядец? Пашу, так вол, не меньше его и ни слова благодарности, как должное. Ника Сергеевна, голубушка, станьте моей женой?! Умоляю и заклинаю, – в порыве смелости и страсти заявил Тяглый. Взял ее руку и попытался поцеловать, но Стужина проявила строптивость.
– Рэм Анисимович, сейчас же прекратите, сюда могут войти Наташа или другие сотрудники. Как вам не стыдно?
– Пусть входят. Я столько лет ждал этого момента, измаялся, извелся до предела, – признался он. – Ника Сергеевна, вы – моя судьба, мое счастье, дарованное Богом…
С мольбою, туманной поволокой в глазах он с нескрываемым вожделением взирал на Стужину.
– Скажите «да» и я стану носить вас на руках?
– Рэм Анисимович, вы меня озадачили, это так неожиданно, что я не могу прийти в себя, – уклонилась женщина от ответа.
– Разве вы не видите, что Лещук, который не дает вам проходу, солдафон, эгоист, надзиратель, – увещевал претендент на женское сердце и руку. – С ним вы будете несчастны, хлебнете горя полной чашей…
– Рэм Анисимович, уймитесь, я не собираюсь выходить замуж, дорожу своей свободой, – возразила она.
– А как же свидание в «Голубых грезах»?
– Не свидание, а сугубо деловая встреча, – парировала Стужина. – Вы же знаете мое доброе отношение к вам. Я высоко ценю вас, как порядочного человека и грамотного специалиста.