Ольга вытащила из сумочки портмоне, достала пять зелененьких хрустящих купюр по сто долларов:
– Ну-ка расскажи…
– Что-то ты сегодня долго.
Когда она вернулась, Марк с Андреем играли в шахматы.
– На Энск залюбовалась?
– Ах. – Ольга широко улыбалась, сегодня ей было по-настоящему весело. – Какая природа вокруг, милый. Я так рада, что мы выбрались из мрачного Питера. Этот город – настоящая сказка.
Она закружилась по комнате.
– Не устала? – спросил Марк.
– Немного. Совсем чуть-чуть. Только взмокла – такое яркое солнце. Пойду, плюхнусь в ванну.
– Плюхнись, – усмехнулся Марк. – Тебе шах.
Андрей грустно развел руки.
В ванне она быстро скинула пропитанное потом белье и стала лихорадочно тереть пемзой ноги, руки, живот. Мерзкий тип этот Валера. И зачем она с ним?.. С него бы и денег хватило… Собравшись уходить, она продемонстрировала ему такую призывную походочку, что он не выдержал, схватил ее за руку. Полчаса Ольга простояла, облокотившись о стол, с задранной сзади юбкой, а врач все шептал ей жарко в ухо: «Сейчас, сейчас…» Но то ли от избытка чувств, то ли еще почему, ему никак не удавалось привести себя в необходимое состояние. Близость так и не состоялась…
Жанна сидела в номере у Рената Ибрагимовича и обливалась слезами.
– Ладно, ладно, – говорил он. – Расскажи-ка мне все как есть. Может, и сумею тебе чем-нибудь помочь.
Два часа подряд Жанна рассказывала ему свою историю. Рассказала всю правду, даже то, что скрыла от Луизы. И рассказала даже, что именно она от нее скрыла. Она чувствовала себя как на исповеди. А Рената Ибрагимовича мыслила самим Богом, потому что он один мог решить ее судьбу. Только он мог вытащить ее отсюда и вернуть домой. Хотя где он, ее дом?
Ренат Ибрагимович слушал не перебивая, серьезно.
– Удивительно, – сказал он, когда она закончила свой рассказ.
– Что удивительно? – сквозь слезы спросила Жанна.
– Ты ведь любила его, Волка этого, правда?
Жанна молча пожала плечами.
– Удивительно, как за такой короткий срок любовь может превратиться в страх и ненависть. Ведь ничего не происходило. Все это только в твоей голове сварилось – про Волка. Можно ведь было постараться ему объяснить…
– Ну да. Разве вы не знаете, какие у них там законы. Пырнет ножиком – и весь разговор.
– Знаю, – отмахнулся Ренат. – Потому и говорю. Ну да ладно. Хорошо бы, конечно, тебя здесь оставить в наказание за все, что ты натворила…
Жанна снова залилась слезами. Однако чувствовала уже – пожалел, поможет.
– Мальчишку твоего жалко. Математику твоему, я так понимаю, он даром не нужен.
Жанна горячо кивнула.