– Я танкистам всегда помогу. – Фролов держал значок пальцами и смотрел на него с таким благоговением, с таким мальчишеским восторгом. – Ты не смейся, – обратился он к Иевлевой второй раз за вечер довольно резким голосом, – ты опять ничего не понимаешь. Это же значок танкиста.
– Здесь были большие бои, – некстати отозвался фельдшер.
– У меня к танкистам отношение особое. Со мной на войне случай был, – сказал Фролов участковому.
И он опять стал смотреть на значок. Иевлева взяла подставку с пробирками и, открыв холодильник, поставила её туда. Потом сказала фельдшеру:
– Мы завтра за материалом придём с лаборантом. Перед завтраком.
Фельдшер кивнул.
– Мне идти пора. – Фролов взял Иевлеву за руку. – У меня ещё дело есть.
– Куда ты её тащишь? – нахмурился участковый.
– Ничего страшного, обо мне не беспокойтесь, – попробовала разрядить обстановку Иевлева.
Участковый стоял в дверях, проход уступать явно не собирался.
– Нечего её с собой тащить, – повторил он.
– Всё в порядке, – примирительно сказала Иевлева.
– Я не с вами разговариваю, – вдруг оборвал её участковый.
«Что они оба на меня кидаются сегодня», – без тени обиды, а просто с весёлым недоумением подумала Иевлева.
– Ты пойди с бабой своей поговори, – отозвался Фролов. – Ты чего, не видишь, что ночь на дворе? Ночью спать положено. Ты днём будешь свои порядки устанавливать. А сейчас я здесь.
– А если я тебя задержу на трое суток? – заботливо спросил участковый.
– А за что?
– Тебя всегда есть за что.
– Не надо этого делать.
– Что, не нравится?
– Ты, участковый, такой же человек, как и мы все, ну, кроме меня, конечно. Зря ты думаешь, что мент – это что-то особенное.
– Вот как ты заговорил?
– Игорь! – закричал фельдшер участковому. – Ты что делаешь, ты что, не понимаешь?
– Фролов, вы задержаны! – тоже крикнул участковый.
– Ты свою силу призываешь? – ответил Фролов. – Твоя сила на меня не действует. У меня документов нет. Не хочешь от двери отойти? Ну ладно.
Фролов и Иевлева, так же держась за руки, бросились к открытому окну и с такой нечеловеческой ловкостью выпрыгнули в него, что фельдшер опять закричал, а участковый стал белый, как стена. Живые люди так не прыгают. Выходит, она тоже?
– Ты за ними не беги, – попросил фельдшер.
– Да это бесполезно, – отозвался участковый.
– Ты не уходи, а то у меня давление щас вверх полезет. Я лекарство приму, а ты посиди хоть немного со мной. Вдруг надо будет в район звонить, – попросил фельдшер.
Участковый и сам видел, что фельдшеру плохо, и оставить его в таком состоянии нельзя.