Марло покинула Рим, чтобы попутешествовать по городам Тосканы и Умбрии. Пока она гуляла по рынку под открытым небом в Сан-Джиминьяно, какой-то американский турист узнал ее и сфотографировал. Щелчок открывающегося и закрывающегося затвора прозвучал для Марло как гром небесный. От страха она уронила в пыль гроздь винограда, которую предлагал ей торговец, и понеслась к отелю по средневековым улочкам. В номере она плотно задернула все шторы и только тогда смогла отдышаться. До конца дня она оставалась в полутемной комнате.
В конце девяностых, когда интернет еще не правил миром, новости разносились куда медленнее — прошло две недели, прежде чем фотография появилась в средствах массовой информации. «Национальный обозреватель» напечатал снимок на первой полосе под заголовком: «О ЧЕМ ОНА ТОЛЬКО ДУМАЛА?» На фото Марло стояла на рынке в Сан-Джиминьяно с виноградом в руке, короткими волосами и десятью лишними килограммами. Entertaiment Tonight и New York Daily раздули из трансформации Марло целую трагедию. Продюсеры «Элли» созвали срочную встречу в Лос-Анджелесе, но сама Марло узнала о происходящем, только когда позвонила матери из телефона-автомата, чтобы просто сказать привет. «Ты что натворила?!» — наорала в трубку мать вместо приветствия, нарушая полуденную тишину Кортоны. Птицы на Пьяцца-делла-Репубблика испугались и взмыли в воздух.
Марло понимала, что дома ей придется отвечать за последствия. В последний день в Риме она вернулась в любимую базилику близ Пантеона, базилику Святой Марии над Минервой. Она пробыла там с час, мысленно готовя себя к тому, что ожидает ее дома. Перед тем как выйти, она достала косу из рюкзака. Там была статуя, у подножия которой люди оставляли цветы и горящие свечи. Марло положила косу между огоньков молитв и надежд путешественников и ушла, оставляя часть себя.
На следующий день Марло поджидали в аэропорту Лос-Анджелеса толпы папарацци. Студия отправила двух телохранителей ее встретить и предоставила черную машину с тонированными стеклами. Фотографии Марло с короткими волосами пестрели теперь на обложках всех звездных журналов; Барбара Уолтерс упомянула об этом в выпуске вечерних новостей «20/20»; ведущий ночного ток-шоу высмеял девушку, подняв фотографию на всеобщее обозрение и спросив у зрителей: «Кто эта жирная лесбиянка, сожравшая Марло Баханан?»
— Вся страна считала меня уродиной. Мне было так ужасно на душе, так кошмарно! Сама удивляюсь, что не повесилась, — выдохнула Марло. — Ты, наверное, слишком молода, чтобы помнить. Когда мои знакомые в Лос-Анджелесе увидели меня, у них всех разом дыханье сперло. Моя семья отказалась разговаривать со мной. А знаешь, что выдала агентша? «Моих близнецов зачислили в Колумбийский университет! Ты, мать твою, хоть понимаешь, сколько стоит Колумбийский?!»