Дела в компании, филиалах и отделах Михайличева шли неплохо, он решил отметить праздник широко, поздравить избранных людей коллектива в лучшем ресторане города.
Песцов не любил таких мероприятий, решил, что посидит пару часов, выслушает речи и незаметно уйдет домой, к своему Чехову.
На этом торжестве он впервые увидел мифическую жену Михайличева. Моложавая миловидная женщина, светловолосая, светлоглазая, с мягкими чертами лица, она сидела рядом с топорно вырубленным мужем. При этом казалось, что в этой паре он командир: то и дело указывал супруге, что ему положить и что налить, а она заботливо исполняла. Впрочем, Михайличев ел и пил урывками, он командовал еще и столом, предоставляя слово то одному, то другому.
Так получилось, что Катя запоздала, свободное место оказалось рядом с Песцовым. Не сесть – выглядело бы ненужной демонстрацией. И она села, первая заговорила – о каких-то недавних рабочих делах. И вообще вела себя непринужденно, но Песцов этому не верил. В одиноком человеке развивается обостренное чутье на возможные нарушения личного пространства.
И оно было нарушено: выпив пару фужеров вина, Катя спросила, не глядя на Песцова:
– Может, вам интересно, почему меня поставили на ваше место?
– Не очень.
– Врете. Вы злитесь, я же вижу. Вы думаете, отец за меня попросил. А я вам скажу: это я сама попросила.
– Ну и слава богу, нет проблем.
– Проблемы есть. Все же видят, что я хуже вас. Ни опыта, ни умения. Выскочка. – Она выпила еще фужер. – Хотите, правду скажу?
– Зачем?
– А надоело в себе носить.
– Ну скажите.
– Ненавижу я тебя. Можно на «ты»?
– Пожалуйста.
– Я тебя ненавижу.
– Жаль.
Песцову очень хотелось уйти. Но еще не все речи были произнесены. Да и не стоит давать Кате повод для окончательной ненависти.
Поддаюсь, уговариваю себя, подумал он. Плевать, пусть ненавидит еще больше. Чую опасность, ухожу.
И встал. Сказал:
– Не очень хорошо себя чувствую, извини. Потом поговорим, если хочешь.
– Сейчас! – сказала Катя. – Пойдем!
Она встала и пошла в сторону туалетов, уверенная, что Песцов последует за ней.
И он последовал. Если разговора всё равно не избежать, лучше быстрее всё кончить.
Катя прошла мимо туалетов к гардеробу, пустому по летнему времени. Там, за вешалками, обнаружилась дверь служебного помещения. Видимо, Катя хорошо знала, как устроен этот ресторан.
Делать нечего, Песцов зашел в комнатку без окон, где были сломанные стулья, громоздящиеся друг на друга, ведра, швабры, тряпки.
Катя пропустила его мимо себя, прислонилась спиной к двери.
Горела тусклая лампочка.
Катя была взволнованной и очень красивой.