– ? – Марат коротко хмыкнул и вопросительно поднял подбородок.
Мужчины ещё какое-то время переминались с ноги на ногу, наконец старший, покрытый татуировками, с висящим над левым плечом крапчатым пером, символом доблести, глубоко вздохнул и громко потребовал:
– Нам нужны железные ножи. Хорошие.
Молодой индеец не спешил с ответом. Он достучал заготовку до нужной формы, посыпал её угольной пылью, сунул обратно в горн на пропитку, и только потом ответил:
– Моторин обещал вождю сделать ножи и наконечники копий на всё племя. Вот, – он обвёл руками кузню. – Я делаю.
– Я должен сделать свой нож сам, – настаивал гость.
Марат прищурился и его скуластое лицо приобрело корейские черты.
– Ты умеешь? – с едва заметной издёвкой спросил он.
– Что за вопросы, мальчишка?! – в голосе охотника звучала обида. – Ты же знаешь, что нет. Это детей шаман Моторин учит работать с железом, придумывать и строить новое, то, что изменит жизнь племени к лучшему, а их сделает нужными и уважаемыми. А нам остаётся всего лишь добывать для вас мясо, дожидаясь, когда дети, которые ещё вчера ловили каждое наше слово, сделают оружие и для нас. Когда ты был маленький, Марат, охотники племени учили тебя всему, что знают. Сейчас твоя очередь. Научи нас договариваться с железом.
Молодой индеец заметил, что его имя было произнесено по-русски, на языке Моторина. Да и сама речь изобиловала неизвестными в крикском языке словами. Мальчишка покраснел от гордости, но сдержался. Вежливо кивнул, посторонился, пропуская взрослых, и только тогда вынул напитанную углеродом заготовку из горна. Постучал по ней, сбивая окалину, слушая звук и отмечая ковкость и сопротивляемость ударам молота, кивнул, и сунул на закалку в горшок с ореховым маслом. По кузнице пронёсся терпкий сладковатый дух, масло зашипело, придавая железу твёрдости. Юный кузнец взрослым взглядом окинул неловко стоящего рядом охотника. Тот не знал, куда деть руки, чтобы чего-нибудь не зацепить.
Набармоку Тесу – Острый Язык, вспомнил мальчик. Охотник из рода вождя. Год назад, когда они виделись последний раз, этот умудрённый мужчина, муж двух жён и отец троих детей, вёл себя совсем иначе. Тогда в роли учителя выступал он, обучая юного маскоги бить перелётную птицу. Теперь же роли поменялись. И Марату следовало показать себя внимательным и терпеливым учителем.
– Бери большой молот, Острый Язык, – сказал юный кузнец, старательно вспоминая наставления Моторина. – Я буду показывать своим молотком, куда и как бить, а основной удар наносишь уже ты.
Из кузни вышли, когда на небе уже высыпали звёзды.