– Отчего столь очаровательная особа стоит в сторонке и в полном одиночестве? – спросил Григорий, кружа Алину в танце.
– А должно быть иначе? – вопросом на вопрос ответила она.
При этом ей вновь пришлось задрать голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Впрочем, тот прекрасно отдавал себе в этом отчет, а потому чуть склонился. Иначе ей пришлось бы буквально откинуться назад.
– Вокруг вас должны быть толпы поклонников, – убежденно произнес офицер.
– Но, как видите, кавалеры предпочитают девиц попригожей.
– Идиоты, – хохотнул он. – Не рассмотреть очаровательный цветок со столь обворожительной и лучезарной улыбкой, гибким станом и легкой поступью… Для этого нужно быть слепцом.
– Тогда вы, получается, единственный зрячий.
– И слава богу. Не хотелось бы выдерживать баталию за право находиться рядом с вами. Я, конечно, ни разу не робкого десятка, но, признаться, обладаю весьма мирным и покладистым характером.
– Вы?
– Разумеется. А у вас есть по этому поводу сомнения?
– И как это сообразуется с погонами на ваших плечах и знаком участника Хасанских боев?
– Просто великолепно сообразуется, поверьте мне, сударыня. Для поля брани я достаточно решителен и отважен. Но в мирной жизни становлюсь галантным и покладистым, как милый пони.
– Скорее уж бычок.
– Хм… – Григорий сделал вид, что задумался, а потом вдруг озарился улыбкой. – А знаете, я, пожалуй, с вами соглашусь.
Честно говоря, поддавшись на уговоры Артура, Григорий не сомневался, что вечер удастся. Номер в «Астории» все еще оставался за ним. Ну к чему переезжать в гостиницу подешевле, коль скоро уже завтра он покинет столицу? А так…
Жаль, что Анна уже сделала ему ручкой и пожелала счастливой службы. Выпускной прошел, нежных чувств, и уж тем более обязательств, меж ними не было. А потому о расставании Григорий особо не сожалел.
Опять же, свято место пусто не бывает. Вот сомнительно, что молодой, ладный и статный подпоручик не привлечет внимания ни одной из вдовушек или разведенок. Пускай и замужние… Но нет. В этот огород все же лезть не хотелось. Во всяком случае, пока.
Никаких сомнений, что бал он покинет не один. Однако уверенность в этом пропала, едва он увидел ее. Все такая же щуплая на фоне своих сверстниц. Но сильно похорошевшая с момента их первой и последней мимолетной встречи. Настолько, что пройти мимо попросту не получалось. И Азаров был искренне удивлен, что этот дивный цветок не вызвал интереса ни у одного из молодых людей.
Что же до него… Не смог он забыть того гадкого утенка в изгвазданном брючном костюме, с чумазым личиком, с ангельской и невероятно притягательной улыбкой. Потребовалась какая-то пара-тройка секунд, чтобы образ нескладной девчушки впечатался в его память.