— Эх, жаль, ушли раньше. Ведь так весело удирать от полицейских, — жаловалась Кира, — половина удовольствия пропала.
— Ничего, вы и так хорошо повеселились, — ответил я ей, — вон синяков и шишек нахватали больше, чем за первые два раза. Лин, по заднице-то в этот раз не получила?
— Получила, — ответила она, поглаживая больное место.
Мы все рассмеялись. Так смеясь и дошли до дома. Спал я опять, можно сказать, один.
* * *
Так спокойно и весело прошли оставшиеся две декады. Ничего интересного не случилось. Днем мы купались и загорали, катались на водных скутерах — два скутера я взял в аренду на весь срок отдыха, сразу по приезде. По вечерам ходили в разные клубы. Правда, в клуб драчунов, несмотря на просьбы девчонок, я больше их не водил. Не фиг. Размахивать кулаками и таскать женщин за волосы — это всё-таки не для молоденьких девчонок. Покуролесили слегка и хватит. Наконец наступил день отъезда. Места на корабль до нашей станции я забронировал заранее, на тот же грузопассажирский транспортник, что привёз нас сюда. Уезжать было грустно. Но, честно говоря, сидеть здесь годами, как это делали некоторые обеспеченные арварцы, я бы, наверное, не смог. Не, можно попробовать, но лет через двадцать-тридцать, когда совсем надоест бродяжничать. Жизнь у меня теперь длинная. А устроиться можно не обязательно здесь. Можно и на какой-нибудь другой планете. И не обязательно в Арварской империи. Хотя, если оставаться арварским гражданином, то только здесь. В других странах арварцев не очень-то любят. Ну да разберёмся. До станции добрались нормально, без происшествий. Хотя какие происшествия во внутренних системах империи? Все четыре дня провалялись в постели. Из каюты выходили только поесть. Как только вошли в нашу систему, связался с капитаном и доложил о прибытии. Получил указание прибыть завтра с утра в док. Вот блин, ещё два дня отпуска. Лучше бы подождал с докладом. Ну да что уж теперь — после драки кулаками не машут. Придётся идти. Быстренько разгрузились, вызвали такси — и наконец дома. Для меня-то эта квартира настоящим домом ещё не стала — слишком мало я времени здесь проводил. А вот девчонки ходили по комнатам, поглаживали стены и мебель и улыбались. Для них это уже настоящий дом, а возвращаться домой всегда приятно. Потом Эдит опять расплакалась. Все бросились её успокаивать.
— Эдит, дорогая, что случилось? — спросил я.
— Ник, спасибо — ответила она, вытирая слезы. — Это были лучшие два месяца в моей жизни. Что бы теперь ни случилось, эти два месяца навсегда останутся со мной.