- Хрен редьки не слаще!
- Не знаю, маленький, - задумчиво вздохнул вечный студент, - Ох, не знаю.
Отставной спецназовец, в конце концов, предпочел ресторан пролетарской карьере изготовителя железобетонных конструкций. Ну, а дальше все случилось, как он и предугадывал. Грандиозный скандал в его семье, болезнь матери и уход от Снежаны...
Спать Виктору абсолютно не хотелось. Он встал с кровати и прошел на крошечную кухню, зажег там газ и поставил на плиту чайник. Музыкант вынул из настенного кухонного шкафа банку растворимого кофе и стал ждать пока закипит вода. Воспоминания продолжали упорно роиться в его возбужденном мозгу.
Через неделю, как Виктор со скандалом ушел от Багрий, Виктор шел по облезлому коридору благодатненской городской больницы на ватных негнущихся ногах. Навстречу ему попался невысокий крепыш, его с недавних пор коллега по ресторанному ансамблю - ударник, уже тогда светивший изрядными пролысинами.
- Эй, Ромео! - окрикнул его кабацкий лабух и скривился, будто черт от ладана, - Поздравляю, добился таки своего!
- Не понял? - сказал Виктор, плохо видевший задирающегося коллегу сквозь еле сдерживаемые слезы.
- Вчера вечером Снежана отравилась, - зло сообщил лысоватый, - Ее сюда привезли, еле-еле откачали.
- А почему она отравилась? - каким-то деревянным голосом поинтересовался Славин.
Отвергнутый певицей поклонник, знавший способности в области рукопашного боя своего счастливого соперника, предусмотрительно сдал назад и мстительно прошипел:
- Да из-за тебя, Ромео! Джульеттой, видно, себя вообразила. Жаль только, что тебе никто мышьяку не подсыпал!
- У меня мать только что умерла, " внезапно сообщил бывший спецназовец, по лицу которого потекли уже несдерживаемые более слезы, Третий инфаркт...
Виктор налил из закипевшего чайника в чашку кипяток, добавил ложечку растворимого кофе, сахар, перемешал и начал прихлебывать ароматную жидкость, глядя в темное кухонное окно. В нем отражался широкоплечий бородатый брюнет, действительно немного смахивавший на цыгана. Возбужденное воображение Славина добавила к его собственному отражению изящную фигурку Снежаны Багрий, возвратив его память к событиям девятимесячной давности.
Они стояли у большого темного окна на Курском вокзале и молча наблюдали свои собственные отражения на оконном стекле.
- Значит, мы договорились, Витечка, - сказала после долгого молчания счастливица, прошедшая отборочный конкурс фирмы "Все звезды", - Через две недели я тебе позвоню.
- Почему не раньше? - угрюмо осведомился неудачник конкурса, которому больше всего хотелось немедленно сесть в поезд и побыстрее уехать домой.