Правда опаснее смерти (Калужанов, Галдаев) - страница 98

— Ну, ты как ребенок, — засмеялся Соколовский. — Получишь условно, за «хулиганку». Даже обсуждать смешно!

— Леля… — рука мужчины с зажигалкой дрожала так, что вот-вот могла выпасть вниз, на лужу керосина под ногами. — Я столько раз тебя обманывал. Ты меня терпеть не можешь. И ты согласна, чтобы мы у тебя жили?

— Пап, я хочу дать тебе шанс. Я хочу, чтобы ты стал для этих детей лучшим отцом — чем был для меня. Просто сделай все, что должен. Договорились?

Анатолий, помедлив, опустил руку с зажигалкой. Зажигалка погасла.

— Договорились.

Вика шагнула вперед и взяла из руки Анатолия зажигалку. Омоновцы увели мужчину, а Симоненко и Соколовский кинулись к Родионовой.

— Ты как? Ты в порядке? — наперебой стали требовать они ответа.

— А давайте не хором? — со слабой улыбкой ответила женщина. — В порядке. Дайте мне только сесть. Ноги не держат…

Соколовский остановился, заглушил мотоцикл и снял с головы шлем, подставляя взмокшие волосы под ветерок. Прижав трубку к уху, он услышал голос Игнатьева.

— Ну, все, Игорь. Я все устроил. Слушай и запоминай. В аэропорт поедете на обычном такси. Чтобы не привлечь внимания. В самолете, когда стюардессы начнут демонстрировать правила безопасности, тебя по громкой связи вызовут в хвост самолета. Типа вопросы с багажом. Ты пойдешь один. Тебя выпустят через задний люк. Машина будет возле самолета.

— Не пройдет, — хмуро качнул головой Соколовский. — Она сразу поймет, что ее обманули.

— Она будет спать, — перебил его Игнатьев. — Вера об этом позаботится. Катя проснется уже там, где ей ничего не будет угрожать.

— И что, у вас даже нет сомнений?

— Знаешь, как-то спокойней, когда нечего терять. И некого.

— Умный, — с сарказмом сказал Игорь. — А что будет, когда она все узнает?

— Ничего. Потому что она никогда не узнает, — ответил Игнатьев и отключился.

Пряников поднял трубку телефона и, услышав голос сотрудника, вскочил из-за стола.

— Сестра Лапина выписалась из гостиницы и вызвала такси на вокзал.

— Так, — подполковник помедлил несколько секунд и приказал: — Ведите наблюдение. Больше никому не сообщать. Я скоро буду.

Собрав нескольких оперативников, Пряников с сотрудниками на двух машинах прибыли на вокзал. До отхода поезда оставалось всего несколько минут. Пряников шел вдоль состава, успевая поглядывать в окна и осматривать перрон. Сестру Михаила Лапина он увидел возле восьмого вагона. Подойдя к женщине сзади, он сжал ее руку и тихо проговорил:

— Тихо, тихо… Полиция. — Женщина напряглась и не пыталась вырваться, глядя на Пряникова в страхе. А он продолжал говорить, поглядывая по сторонам: — Вы купили пять билетов. Четыре взрослых. Один детский. Многовато для одинокой путешественницы.