Наконец их заметили. Одна из работавших что-то сказала толстой иилане', с многозначительным видом разглядывавшей небольшой квадрат. Та повернулась, заметила Керрика и, громко топая, подошла поближе. У нее не было одного глаза, опавшая глазница сморщилась, оставшийся же был выпучен, словно от усердия — так старался он работать за двоих.
— Эссаг, посмотри! — громко крикнула она. — Посмотри-ка, что нам прислали из-за моря.
— Очень странное создание, — вежливо ответила Эссаг, — но все-таки похожее на прочие виды устузоу.
— Похож, только шерсти мало. Зачем этот материал? Снимите его.
Эссаг сделала движение вперед, но окрик Керрика остановил ее:
— Не трогайте меня! Я запрещаю!
Эссаг отступила, а толстая Икемеи радостно воскликнула:
— Говорит! Устузоу говорит! Невероятно. Следовало сказать мне об этом. Нет же, конечно, он просто заучил несколько фраз. Как тебя зовут?
— Керрик.
— Что я говорила? Хорошо выдрессирован.
Твердость заблуждения Икемеи начинала сердить Керрика.
— Ты ошибаешься, — ответил он. — Я разговариваю, как и все вы, и много лучше, чем та фарги, что привела меня сюда.
— Трудно поверить, — произнесла Икемеи. — Но предположим на миг, что ты говоришь сам, а не повторяешь заученное. А если так, то ты можешь отвечать на вопросы?
— Могу.
— Как ты прибыл сюда?
— Меня привезла Вейнте', эйстаа Алпеасака. Мы пересекли океан на урукето.
— Верно. Но это утверждение тоже можно заучить. — Икемеи задумалась. — Но есть предел заученным утверждениям. Я спрошу тебя о том, чего не могла знать твоя дрессировщица. Да. Расскажи, что произошло с тобой перед тем, как ты вошел в эту дверь?
— Нас омыли горькой на вкус жидкостью.
Икемеи одобрительно топнула ногой.
— Чудесно. Ты — животное, которое умеет говорить. И как это получилось?
— Меня научила Энге.
— Да. Если кто-то и способен на это, так только она. Но теперь замолчи и делай, как я велю. Подойди к рабочему столу.
Керрик видел, что они делают, но ничего не понимал. Эссаг увлажнила подушечку его большого пальца, а Икемеи резко ткнула чем-то острым. Керрика удивило, что он ничего не почувствовал, даже когда Икемеи стала выдавливать из его пальца крупные капли крови. Эссаг подхватывала их в крохотные контейнеры, захлопывавшиеся, когда она нажимала на крышку.
Затем ладонь Керрика положили не поверхность и потерли какой-то подушечкой. Сначала он почувствовал прохладу, потом рука словно онемела.
— Погляди сюда! — велела Икемеи, указав вверх на стену.
Подняв глаза, Керрик ничего не увидел. Поглядев на руку, он понял, что, пока он смотрел на стену, с ладони струнным ножом срезали тонкую полоску кожи. Боли он не почувствовал. Выступившие капельки крови немедленно прикрыли клейкой повязкой нефмакела.