Боги, как я могла не видеть?! Он изменился практически до неузнаваемости, но… это он. Теперь сходство так очевидно, что я чувствую себя облапошенной бездарным балаганным фокусником. Марго узнала его сразу, ей хватило одного взгляда, а я… я потащила на чердак и показывала рисунки, которые рисовало разбитое сердце маленькой девочки.
— Зачем ты обманул меня? — спрашиваю самый бессмысленный из множества вопросов, которые со скоростью звука рождаются и умирают в моей голове. — Что я тебе сделала?
Черты его лица еще мгновение остаются растерянными, а потом происходит невероятная трансформация. Грусть сменяется жесткостью, недоумение — злостью и презрением. Я не знаю, сколько лиц у этого человека, но это точно не сулит мне ничего хорошего.
— Что ты мне сделала? — с издевкой переспрашивает Ма’ну-Но’лу, и я всерьез раздумываю над возможностью побега через окно. — Ты меня убила, Черная королева.
Я не понимаю, о чем он говорит, но интонация режет без ножа. Замешательство растягивается в долгую паузу, пока мы втроем пытаемся найти слова, которые не взорвут напряжение.
— Ма’ну… — Имя кажется чужим и неприятно щиплет язык, но назвать лунника иначе я просто не могу. И не уверена, что смогу даже через сотню лет. — Я не знаю, о чем ты говоришь.
Бесполезная попытка — его взгляд становится лишь холоднее, пронизывает насквозь. Наверное, так чувствует себя неудачливый космонавт, выброшенный в ледяную пустоту открытого космоса. Я безмерно благодарна Марго за то, что она вовремя оказывается рядом и не дает мне упасть. Земля уплывает из-под ног, реальность раскачивается сразу по всем осям координат, когда на лице красавца Ману все более отчетливо проступают черты некрасивого лысого мальчишки. Мальчишки, которого я, вопреки всем законам логики, любила всем своим сердцем, и чью смерть оплакивала так сильно, что Марго пришлось…
Я шмыгаю носом и быстро вытираю непрошеные слезы. В своем воображении дышу на покрытое морозным узором окно в прошлое и энергично протираю пальцем просвет, чтобы увидеть то, что забыла.
Маргарита. Моя любимая сестра. Я должна бы злиться на нее, но совершенно не могу, ведь она сделала то, что должна была. Сама я бы в жизни не пережила тот период. Но, как оказалось, специалисты и лекарства способны стереть из памяти не только горестные воспоминания, но и нас самих, и целый отрезок жизни. Убрать прошлое, словно вросшую часть ногтя, которая причиняет боль и мешает нормально ходить.
— Аврора, — сестра поглаживает меня по плечу и в ее взгляде надежда на понимание.
Молча накрываю ее ладонь своей и в эту минуту мне до смерти хочется снова нырнуть в забытье. Но это невозможно, потому что сколько бы я ни жмурилась и как бы ни пыталась убедить себя в том, что ничего не изменилось, Ма’ну никуда не денется. Он все так же реален и стоит около двери, брезгливо рассматривая нашу семейную идиллию.