После увольнения дела его пошли совсем кисло. Погрузившись в «подвальные» проекты, Владимир растерял все прочие и без того зыбкие контакты и остался на бобах. Деньги кончались, и, похоже, надо было съезжать из стильной холостяцкой хаты у Красных ворот куда-нибудь в трущобы Котловки или Строгина.
Об этом даже думать не хотелось. Розин с годами пристрастился к комфорту и квартиру себе выбирал не абы как, а с претензией, явно переплатив бездельнику-маклеру и проторчав неделю тоже в недешевой гостинице «Мариотт» на Тверской. Недавно отремонтированная студия близ Красных ворот купила его сердце компактной, идеально оборудованной кухней в стиле техно — то, что нужно мужчине с запросами, но без капризов; дорогой, но лаконичной обстановкой — все нужное, ничего лишнего, а главное — месторасположением. С последнего этажа сталинского дома открывался прекрасный вид на Садовое кольцо, Басманные переулки и ломаную линию московских крыш. Володя Розин, будучи по рождению провинциалом, испытывал слабость к старой столице.
Он знал, что есть и другая Москва, видел ее один раз и больше не тянуло. Однажды по делам издательства он заехал к тетке-графику, которая работала на дому. Ему хватило впечатлений от крошечной, как конура, квартиры в брежневской пятиэтажке, от нависающих над головой серых потолков и замызганного, пахнущего половыми тряпками подъезда. Даже будучи мужчиной, он побрезговал воспользоваться совмещенным санузлом, где едко пахло хозяйственным мылом, в черной от старости ванне стоял тазик с бельем, а унитаз сипел и без остановки изрыгал из себя ржавую воду. Вот она, бедность, подумал Вольдемар и ужаснулся, решив про себя: все что угодно, только не это.
Но теперь ничего другого не оставалось.
Пребывая в прострации и депрессии, а попросту говоря, глубоко в заднице, Розин с горя отправился в кинотеатр на разрекламированный блокбастер. Отвлечься от невеселых мыслей не получилось. Наоборот, в зале у него разболелась голова, а придя домой, он свалился с температурой и гриппом. Но сей культпоход на фоне зарождающейся болезни принес ему свежую идею. Эта идея могла спасти его или погубить, но он, как и прежде, надеялся на лучшее. В конце концов, все всегда оказывалось к лучшему. Нет худа без добра — зато ты попал в Страну Дураков…
Следующие два дня он хрипел, истекал соплями, глотал растворенные в воде порошки и до рези в глазах копался в Интернете. Нашел кучу сайтов поклонников Третьей стражи. Изучил их тщательным образом. Классифицировал и выделил нужную группу, на которой требовалось сосредоточить усилия. Закинул пробный крючок на форумы, которые показались наиболее перспективными, — бросал провокационные реплики, отслеживал ответы и комментарии. В перерывах думал, рисовал схемы. Работа была увлекательной, хотя приходилось продираться сквозь туман температуры.