Джакс внимательно взглянул на друга и заявил:
— Ты говоришь так, будто она тебе нравится. Скажи мне, и я отойду. Хотя… Ты же знаешь, правило о девушках, которые с нами ездят, гласят: «Мы можем делиться!»
Элай инстинктивно сжал кулаки. Он ни за что не ударил бы Джакса, но сейчас ему было приятно думать, что такое возможно.
— Она — не из тех девушек, которые с нами ездят, идиот. Лейси — наша коллега. И поэтому относись к ней с уважением. Пока мы в туре, она — одна из нашей группы.
— Хм… в этом есть смысл. Значит, я подожду, когда закончится тур.
— Иногда ты ведешь себя как придурок, — проворчал Элай. Ему вдруг расхотелось думать об обеде с Джаксом и о том, что надо оживить их дружбу. Он даже не был уверен, что ему захочется ехать в отель вместе с ним.
Джакс поднялся по ступенькам в автобус, потом повернулся и с самодовольной улыбкой заявил:
— Да, я такой. Это харизма, Элай. Ты не видишь ее, потому что у тебя этой штуки нет.
— Смотри, не лопни от своей харизмы, — проворчал Элай. Теперь‑то он точно знал, что не хочет ехать с Джаксом в отель. До отеля — пять минут на автобусе, так что лучше дойти туда пешком. Так получится даже быстрее — на улицах сейчас пробки. Но потом Элай понял, что это выглядело бы вызывающе, и в итоге все‑таки поднялся в автобус.
А Джакс уселся не на свое обычное место, а занял кресло рядом с креслом Элая. Что бы это значило?.. Неужели Джакс решил сделать шаг ему навстречу? Элай почувствовал, что не должен поворачиваться к другу спиной, поэтому сел в свое кресло. Они уже несколько месяцев говорили только о песнях или о подготовке к туру, а в автобусе сидели далеко друг от друга. И раз Джакс захотел пообщаться, то почему бы и нет? Главное — не говорить о Лейси.
Дождавшись, когда автобус тронется с места, Элай сказал:
— Джакс, можно я тебя кое о чем спрошу?
— Да, старик, у меня большой. Больше прибавить мне нечего.
— Тебе что, двенадцать лет? — со стоном проговорил Элай. — Я не хочу ничего знать о твоем хозяйстве.
— О хозяйстве? — Джакс рассмеялся. — Я имел в виду диапазон моего голоса.
— Идиот, — проворчал Элай. — Ведь я — о серьезном.
— Ладно, хорошо. — Джакс повернулся к нему лицом. — О чем ты хотел спросить?
Элай кое‑как справился с раздражением и задал вопрос, который мучил его с самого начала тура:
— Куда ты уходишь после каждого концерта?
Джакс помрачнел и задал встречный вопрос:
— Зачем тебе это знать?
— Просто интересно. — И теперь, когда выяснилось, что приятель не хотел ничего рассказывать, стало еще интереснее. А ведь раньше они делились друг с другом всеми своими секретами…