От радостного смеха Даррина в телефоне у нее стало еще теплее на душе. Разговор с любимым боссом заставил ее ненадолго заскучать по дому и работе, но успех так пьянил, что это чувство быстро исчезло.
— Я очень рад за тебя, Лейси. Но это меня нисколько не удивляет. Давно пора тебе стать известной. Скоро ты обо мне совсем забудешь.
— Ты надулся, что ли? — Она улыбнулась в телефон и села на кушетку в импровизированной гримерке. Хорошо, что они с Джаксом утром не стали ее искать. Найти эту комнатушку — наполовину чулан, наполовину ванную комнату со шторой — было непросто, так как она находилась не за сценой, а скорее под ней.
— Ничего я не надулся, — со смехом ответил босс.
— Скоро я вернусь, и ты будешь мечтать, чтобы я опять уехала. — От радостного волнения Лейси не могла усидеть на месте и, не выдержав, вскочила с кушетки. Со сцены доносились звуки музыки — парни заиграли «Годрикову Впадину», — и Лейси стала пританцовывать на месте.
— Эй, Лейси!.. — снова послышался голос босса. — Значит, в туре ты обкатываешь свой новый материал, так? Боже, как бы мне хотелось там оказаться и послушать твои песни. — Именно поэтому она давно не звонила Даррину — хотела хоть чуть‑чуть отдохнуть от вранья. Но сейчас у нее наконец появилась возможность сказать правду. Лейси запрыгала от радости и с гордостью объявила:
— Сегодня я спела одну новую песню. Из‑за нее меня и вызвали на «бис». — Она продолжала танцевать под музыку. Боже, как приятно и как легко говорить правду! Честным быть тяжело только тогда, когда приходится сообщать неприятные вещи. Конечно, Даррину лучше не знать, что новая песня пока только одна, к тому же незаконченная; она дважды повторила куплет и припев, добавив соло на гитаре, чтобы вещь не выглядела совсем уж сырой. Но такие недомолвки казались мелочью по сравнению с той горой лжи, которую она наворотила раньше.
— Я очень рад за тебя, Лейси! Что ж, иди праздновать. Я устраиваю вечеринку с шампанским по твоему приезду, так что не вздумай на нее не прийти.
В этот момент Лейси подумала о том, что, возможно, поступала неправильно, скрывая от босса правду. Ведь Даррин был всегда так добр к ней… А она почему‑то раскрыла правду не ему, а незнакомцу с форума. Может, ей стоило с самого начала скинуть этот камень с сердца — сказать, что она не может писать песни?
— Хорошо, приду. Надеюсь, ты меня послушаешься и выставишь настоящее шампанское, а не вино из пакетов, смешанное со «Спрайтом». Все, о вечеринке договорились. Пока! — Они одновременно дали отбой, и Лейси закружилась по комнате. Слава богу, на этот раз она никого не задела локтем по носу.