— Что же ты делаешь здесь?
— Я расскажу тебе все, но обещай, что сохранишь мне жизнь.
— Зачем тебе жизнь, если в ней не будет чести? — искренне удивился Ширам.
— К чему мне честь, если у меня не будет жизни? — хмыкнул бывший начальник телохранителей. — Но я клянусь, мои слова будут стоить того, чтобы эта голова и дальше держалась на плечах.
Саарсан взглянул на пленника с презрением:
— Хорошо. Если они и впрямь будут того стоить, я сохраню тебе жизнь.
— Накхи чтут справедливость и не бросают слов на ветер, — будто между делом напомнил пленник. — Хорошо, я скажу. Я прибыл сюда с тем, чтобы подготовить Двару к приезду царевны Аюны.
— Аюны? — удивленно повторил повелитель накхов. — Она едет сюда? Для чего?
— Ясноликий Киран желает начать переговоры с тобой, саарсан. Твоя невеста, царевна Аюна, — залог его доброй воли.
Ширам ничего не ответил. Однако Хаста заметил, что новость поразила его.
— Это правда, — подтвердил жрец. — Аюна и впрямь скоро должна приехать, причем в самые ближние дни — человек Кирана не мог намного опередить ее…
— Вот видишь, — усмехнулся саарсан, обращаясь к пленнику. — Твои слова не ценнее навозного дыма. Мой советник уже знал об этом.
Пленник метнул на Хасту ненавидящий взгляд и невольно сжался в ожидании смертоносного удара, но вдруг распрямился и воскликнул:
— Поcтой! Я скажу еще кое-что. Это и впрямь дорогого стоит.
— Пока ты только болтаешь, но не стоишь ничего.
— Ты объявил себя мечом в руке царевича Аюра, не так ли?
— Да, верно.
— А знаешь ли ты, где сейчас Аюр?
Ширам подался вперед:
— Говори!
— Сын Ардвана был похищен и заключен в подземелье в городской усадьбе Артанака, — быстро заговорил пленник. — Он пытался бежать, но его поймали и вернули на место…
— Кто вернул? — прервал его речь саарсан. — Кто похитил его?
Пленник мучительно поморщился, но наконец выдавил:
— Киран. Затем, изгнав накхов из столицы, он послал меня за царевичем, дабы… отправить его туда, куда было приказано. Но моим людям не удалось исполнить порученное. В темнице Артанака оказался еще один человек — старик, похожий на жреца. Я не ведаю точно, что там произошло, но старец с царевичем исчезли, а мои люди были найдены мертвыми, причем погибли они весьма удивительным образом… Так что, скорее всего, царевич жив.
— Старый жрец, убивающий удивительным образом? — пробормотал Хаста.
— Твои слова и впрямь драгоценны, — произнес Ширам, обращаясь к пленнику. — Я исполню свое обещание.
Он обвел глазами сааров и воинов, окружавших почерневшую от копоти башню:
— Вы слышали? Аюр жив! А тебе, — он обратил взгляд на бывшего главу телохранителей, — я дам коня. Отправляйся в столицу и скажи Кирану: если он желает сохранить свою никчемную жизнь, пусть едет сюда и принесет мне присягу, как защитнику и наместнику законного государя. В этом случае его ждет справедливый суд равных. Если нет — я сам приду в столицу.