Крепость Россия: Прощание с либерализмом (Уткин, Юрьев) - страница 77

Но я не это имею в виду. Я имею в виду политику автаркии, ни в коем случае не пассивно-оборонительную, а исключительно активно-наступательную, но направленную не вовне. Активность и наступательность её должны быть не в том, чтобы украинцев убедить или поляков, китайцев, что Россия притягательна. Она должна быть очень активной, наступательной и направленной на русских, в гражданском смысле. Она должна быть направлена на то, чтобы в случае успеха этой идеологической политики через некоторое время у русского человека даже не возникала мысль о том, например, чтобы уехать жить в Германию. Я не предлагаю вводить выездные визы, но сама мысль для подавляющего большинства россиян должна быть неприемлемой. Возможно ли это? Меня в свое время поразила некая цифра. И на самом деле я даже обращался в службу эмиграции США. Мне подтвердили, что на протяжении одиннадцати лет, с 80-х по 90-е годы, европейцев стабильно в Америку ездило больше, чем американцев в Европу. Не на постоянное место жительства, а просто◦— в поездки. При том, что жизненный уровень выше в Америке, в Европе есть больше чего посмотреть. Американцам никто не мешает◦— ни нужда, ни запреты. А по сию пору они считают, что ехать отдыхать лучше во Флориду. Вот это есть цель, а вовсе не в том, чтобы все закрыть. Такой опыт создания привлекательности для своих◦— американская идеология, в том числе неофициальная, имеет. У неё в качестве цели◦— всегда свои. Но когда ты работаешь для своих, то для чужих ты становишься ещё более привлекательным. Когда ты их не убеждаешь, они начинают думать: раз меня туда не зовут, значит, там круто.

Алексеев: Я говорил о том, что есть некие логические конструкции, есть физика процесса. Если эта статья замыкается на целях интеллектуальной провокации или чего-то подобного, это одно дело. Если вы меня спровоцировали, и я захотел двинуть физику процесса вперед, вы несете ответственность, но тогда нам нужно вместе подумать◦— а есть ли хоть один шанс сдвинуть? Да, один шанс всегда есть. Я повторяю, что этот единственно критически важный шанс лежит в сфере надэкономической или внеэкономической.

Пару слов по поводу государственного пиара. Мне кажется, тут интересные вещи происходят у нас в последние годы, я имею в виду путинские годы. С одной стороны, Путин уважает, ценит и хорошо использует разный пиар. Но с другой стороны, по моему убеждению, народное хозяйство, национальный организм в целом не могут двигаться вперед, пока не решены другие вопросы символически-идеологического характера. Например, совершенно очевидно, что не может быть никакой мобилизации, пока не установлена народная правда. Пока люди не понимают. И дело даже не в том, что кто-то наворовал, не вернул. Дело глубже. Дело в том, что каждый нормальный средний субъект хозяйственной деятельности должен видеть правильные и социально одобряемые масштабы своей жизни, деятельности. Человек должен понимать, что если он честным трудом заработает за всю жизнь 100 тысяч долларов, а не миллиард, ему будут аплодировать. И так далее. Такие вещи должны быть восстановлены. Это огромная работа◦— экономическая, политическая. Должно быть ощущение и понимание пропорций честности, а это выходит на проблемы служения, долга…