— Ты мне указываешь?
От колкого льда в его голосе даже Алиса задрожала. Ронни же, казалось, лишился дара речи. Скрипнула дверь, в дыму показалась фигура, затем вторая. Рей с отчаянным лаем бросился на незваных гостей, один из которых испуганно отшатнулся, но второй остался неподвижен. Он протянул руку над беснующимся псом и что-то проговорил, собака, жалобно заскулив, опустилась на пол и затихла. Алиса, не отрывая от незнакомца настороженного взгляда, медленно отползла к стене и затаилась, а волшебник переступил через Рея и приблизился к неподвижному телу Тео.
— Здесь человек… — с малой долей интереса проговорил он и, присев, протянул руку, едва прикасаясь к лицу Тео кончиками пальцев. Голос волшебника изменился, стал жёстким и пронизывающим: — Это не человек… — Резко обернулся к Ронни: — Это же дракон! Его человеческая часть.
Старик подошёл ближе и удивлённо осмотрел Тео:
— Правда? Но это же конюх… просто конюх! Если бы он был драконом, лошади бы шарахались от него.
Волшебник провёл рукой над Тео и, нахмурив густые брови, посмотрел в сторону вольера, где спряталась Алиса. Она прижала руку ко рту: казалось, волшебник видит сквозь стену! Но тот вновь перевёл взгляд на бесчувственного конюха и пробормотал:
— Я что-то чувствую. Тревожное изменение в волшебном фоне.
— Конечно, — нервно кивнул Ронни. — Белый замок может рухнуть, это тебя и тревожит.
— Нет, — покачал головой южный волшебник и холодно усмехнулся: — Замок не рухнет. Моё новое заклинание прекрасно работает.
— О, Свет! — Ронни вытер рукавом капельки пота на лбу. — Почему же ты сразу не сказал? Я так сильно переживал…
Алон безразлично пожал плечами:
— Но ты же последовал за мной в рушащийся замок.
— Я старый человек, — уныло отозвался Ронни. — Своё пожил. Так что ты ощущаешь?
— Тревогу и жгучее желание защитить Тёмную госпожу, — пробормотал волшебник. — Словно происходит нечто непоправимое. — Он резко поднялся и замер, словно прислушиваясь. — И происходит не здесь. Разрушение Белого замка сильно искажает волшебный фон и мешает мне…
Тео застонал, и Алиса скорчилась от ещё одной прокатившейся по телу болезненной волны. Ронни вскрикнул и, прижав руки к груди, упал на колени, а южный волшебник скривился в понимающей усмешке:
— Первый барьер! — Ноздри его раздувались, как у гончей, пальцы то сжимались в кулаки, то разжимались. Алон прошипел: — Эта женщина! Она всё же посмела сделать это. Бросила мне вызов…
— Тёмная госпожа? — растерянно ахнул Ронни. — Но что может сделать девочка южному волшебнику?!
Тот презрительно скривился: