Я понимаю, что, как и многие из нас, он не всегда проявляет выдающуюся прозорливость, но порой он высказывал очень неплохие идеи, а этого вполне достаточно, чтобы быть со мной в хороших отношениях. После этого я спокойно расслабился в парикмахерском кресле. Пять или шесть месяцев спустя, когда Генри Уэллес был назначен в состав Министерства торговли, наш разговор возобновился; другими словами, тема, которую мы затронули, оказалась отнюдь не немаловажной. Итак, парикмахер не имел ни малейшего желания о чем-либо со мной спорить, но мое высказывание по поводу Уэллеса нарушило часть механизма его ритуализированного избежания; это рассогласование было связано со мной, поскольку у него сохранилось воспоминание о моих словах, приведших к такому исходу. Поэтому эта тема и получила продолжение. Однако мы до сих пор поддерживаем приятельские отношения.
Таким образом, ритуализированные избежания и проявления гиперактивности создают у человека ощущение некоторой причастности к той или иной важной сфере жизни. В действительности же в силу полного отсутствия какой бы то ни было информации он не имеет к ней никакого отношения. Наравне с политическим необходимо учитывать также и «социальный» аспект; здесь мы нередко сталкиваемся с исключением из жизни человека важнейших сфер под внешне рациональными предлогами, которые, при ближайшем рассмотрении, оказываются просто проявлениями ритуализированного избежания. То же самое можно сказать и о мире искусства, а те, кто работает в области естествознания и других наук, могли заметить нечто аналогичное на ежегодно проводимых конгрессах и т.д. И, как хорошо известно Господу Богу, весь мир преисполнен ритуализированным избежанием и гиперактивностью, имя которым - религия.
Разумеется, я с глубоким уважением отношусь к людям, которые ясно представляют себе, что их интересует, а что нет. Например, ничто не мешает мне подробно изучать теорию денег. Нет ни одной более или менее весомой причины, препятствующей мне развить у себя умение эстетически оценивать живопись или несметное множество других вещей, к которым на нынешний момент я испытываю лишь слабый интерес, проявляющийся в зачаточной форме. Я думаю, что не смог бы питать неподдельный интерес, например, ко всей медицине в целом. Но если со мной нельзя даже поговорить, скажем, о дадаизме, о баптистах или о теории денег, то отнюдь не потому что вся моя жизнь сосредоточена на достижении удовлетворения и безопасности в какой-то конкретной области; причина в том, что моя безопасность во многом зависит от избежания той или иной области или предмета. Жизнь, как мне кажется, никогда не бывает одинаково интересной для каждого человека и не может соответствовать способностям каждого. Я абсолютно уверен, что, когда первобытные племена переступили порог доисторических времен, в их рядах уже существовала определенная специализация; конечно же, специализация распространялась на воспитание детей, что, несомненно, повлекло за собой дальнейшее ее углубление. Внешние проявления ритуализированного избежания и гиперактивности могут напоминать процесс специализации, но на самом деле они означают, что вы не имеете возможности приобщиться к какой-то области жизни; любое проявление интереса по отношению к этой области тут же вызывает тревогу, блокирующую дальнейшую активность, направленную на получение информации.