Ужасно хотелось притвориться, что все в порядке, но и от этого Рене тоже устала. Она много лет притворялась. Хватит! И довольно думать о матери! Ребекка Престон отказалась от дочери задолго до того, как сбежала в Париж. Настало время отплатить ей тем же.
Рене встала с кровати и направилась в ванную, но Оливер поймал ее за руку.
– Ты останешься со мной на ночь?
Надо было сказать «нет». В квартире есть спальня для гостей, а Рене была гостьей.
Но тут Оливер добавил:
– Можешь поступать, как пожелаешь.
Рене дрогнула, потому что, честно говоря, ей очень хотелось провести ночь, свернувшись калачиком рядом с ним. Да, она понимала, что все закончится плохо, несмотря ни на что. Возможно, Рене вела себя эгоистично и недальновидно, но она жаждала ощутить хоть немного счастья, пока есть такая возможность. Поэтому она поцеловала Оливера и сказала:
– Я останусь.
Когда она, приняв душ, вышла из ванной, Оливер внес в спальню ее чемодан и сказал:
– Тебе понадобится больше одежды.
У Рене не было денег на новый гардероб, поэтому она ответила:
– Я могу стирать эту.
На самом деле Рене не была уверена, что сумеет включить стиральную машину, но решила, что инструкция поможет разобраться, какие кнопки нажимать. Ну, или Люсиль объяснит, как постирать вещи, не устроив пожар.
Оливер, должно быть, принял душ в другой ванной, потому что уже был одет в брюки и майку, а Рене была совершенно обнаженной. Она внезапно почувствовала себя уставшей и снова застеснялась своего тела. Ее ладони машинально опустились на бедра, закрыв шрамы, о происхождении которых не хотелось вспоминать.
Рене обошла кровать, забралась под одеяло и сразу почувствовала себя лучше.
– Так и собираешься разгуливать голышом? – спросил Оливер. – А что, если тебе понадобится выйти из дома?
Он прав. Уже через месяц Рене сможет влезть разве что в спортивные штаны и свободные туники. Ей нужна одежда. Но вдруг кто-нибудь заметит, как Оливер покупает одежду для беременной? Его репутация сильно пострадает.
Чтобы увести разговор в сторону от этой темы, Рене поудобнее устроилась в постели и заявила:
– А я думала, ты потребуешь, чтобы я никуда не выходила.
– Но ты ведь не Рапунцель. Я не собираюсь запереть тебя под замком в высокой башне. – Глаза Оливера потемнели. – Хотя, черт возьми, мне кажется соблазнительной идея продержать тебя в постели весь уик-энд.
«Значит, я все еще могу казаться мужчине соблазнительной? – подумала Рене. – И Оливер следующие несколько дней мог бы принадлежать мне, только мне!»
– Так что ты там говорил о уик-энде?
Он застонал от желания и уже собрался броситься в объятия Рене, но замер и спросил: