— Это мои проблемы. Конечно же, вы с Жуком поедете налегке, без оружия: риск надо исключить полностью. Винтовка, кстати, будет одна, для тебя. Я уверен, что ты не промахнешься. Жуку достаточно и пистолета с глушителем.
— Он же неважно стреляет, а там все-таки расстояние…
Лис чуть замялся с ответом, но потом нашелся:
— В человека легче попасть, чем в мишень. К тому же пули будут отравленными, так что для Тихонина и царапины окажется достаточно. Но главное — я рассчитываю, что ты все же не промахнешься.
— Мне надо еще поработать с винтовкой, получше привыкнуть к ней. Пожалуй, я займусь этим завтра. Тир будет открыт?
Опять небольшая заминка.
— Понимаешь, у меня назавтра другие планы, а тир мы арендуем, там личностные отношения… В том смысле, что я должен прийти и договориться…
— Жаль, — сказал Женька. — Завтра уже вторник, больше просто не будет времени. Жаль. Мы бы с Жуком позанимались в последний раз.
— Хорошо, — решился Лис. — Я договорюсь с товарищами по телефону. Но Жука тоже не будет. Тебе часа хватит?
— Думаю, хватит.
— Тогда приходи туда к десяти, тебя уже будут ждать.
— Это то, что надо.
Пока действительно получалось то, что надо. В тире не будет Лиса и Жука. А в пирамиде будет стоять пистолет, которым Жук всегда пользуется, и с ним он наверняка займет позицию за спиной Зырянова в среду. Надо сделать так, чтоб пистолет не выстрелил. Для этого существуют маленькие хитрости…
После Лиса позвонил Жук, наверняка по совету шефа. Полчаса трепался ни о чем, хотя обычно из него слова не вытянешь.
— После операции махнем на Кипр. Не решил, кого взять в попутчицы? После твоей Чечни это будет славный отдых…
На этом строился весь разговор. По замыслу Лиса, Женька, наверное, должен расслабиться и пустить слюни.
Пусть так и будет!
— Жук, я жду не дождусь, когда мы сядем в самолет! На Кипре какая погода, что надевать?..
Потом Зырянов долго не мог заснуть, даже выпив в качестве снотворного граммов двести водки. Голова не дурманилась, мозги работали слишком четко.
Даже когда он наконец заснул, ему снилось будущее. Снилась среда, чердак. Жук давил на спусковой крючок, а пистолет не стрелял. Жук даже не мог снять «Макарова» с предохранителя, потому что Женька капнул в нужное место каплю клея. Жук психовал, а Зырянов сидел на раме чердачной двери, болтал ногами и смеялся.
Он проснулся вовремя, успел выпить горячего чаю с бутербродом и принять прохладный душ. Ровно в десять был уже у дверей тира.
Его ждал там недовольный парень в камуфляже.
— Тебе ровно час выделили, — и он демонстративно посмотрел на часы.