Дальше он будет руководствоваться знаниями, полученными при жизни. Как освободиться от связи с землей, попрощаться с близкими и подняться к Истинному солнцу, минуя Ложное, что ловит в свои сети болезные, мечущиеся души.
Зря люди думают, будто черное светило опасно только для живых. Мертвые – вот что необходимо ему. Так говорят эпинейцы. Оба солнца есть переходы в иные миры. И один из них полон благолепия, любви и света, а другой состоит сплошь из болезней, боли и страданий. И если первый благодатный мир позволяет нам прожить полноценную жизнь под теплыми лучами и ждет нас, как терпеливая мать, отпустившая ребенка в дальнее странствие, то затмение ждать не умеет. Оно убивает людей, дабы поскорее впитать их души, затянуть в воронку иномирья и навсегда заключить в беспросветной тюрьме.
Потому в эпинейских склепах предусмотрена система оповещения душ. Если человек был беден, родственники умершего приходят сидеть возле его тела каждый светлый день на протяжении трида, а в затмение уходят. Им не позволено прикасаться к чему-либо, принадлежащему миру мертвых, потому они только сидят и молчат. Если же у покойника никого не осталось и при жизни он был нищ, как выпотрошенная мидия, захоронители или храмовые рабочие не оставляют его на произвол судьбы. Вплоть до двадцать седьмого дня они подходят к его гробу и указывают прошедшие сутки. Так усопший будет точно знать, какое сейчас число и можно ли ему покинуть склеп, дабы вознестись. Или же его ждет ловушка затмения. В отличие от простых людей, работникам культа мертвых, принадлежащим обоим мирам, разрешено делать пометки.
В индивидуальном подходе к оповещению душ, как мне кажется, есть что-то теплое и человеческое. Ведь можно просто выбрать стену, нарисовать на ней общий для всех календарь и зачеркивать дни. Но нет, каждый мертвец получает свою особенную посмертную летопись.
В богатых склепах люди бывают только во время похорон. Здешние купола представляют собой сложные световые календари. Это считается лучшим вариантом оповещения, ибо в тишине и безлюдности души скорее осознают себя мертвыми. Потому в склепах Эпинеи нельзя разговаривать. Я смог проникнуть в один из них, только поручившись сидеть у гроба несчастного бедняка, погибшего от солнечного удара. У него не было родни, но я самолично заплатил за похороны, и да простят меня все мертвые Эпинеи – воспользовался шансом побывать в святая святых.
(Из книги «Легенды затмения» отшельника Такалама)
С тех пор как Илана убили, никто не говорил, что все будет хорошо, и Рори совсем размазней стал. Вчера вот нашел мертвую крыску. Ольина рысь придушила, а не съела. Рори сидел над серым трупиком до вечера, пока не пришла Яни. Она сказала, что крыску надо завязать в красивый платочек и похоронить в воде. Рори не хотел опускать ее в море. Вдруг она все еще там, внутри, просто не дышит и не шевелится. Может, лучше запалить костер в маленькой бочке и сжечь ее? А Яни сказала, что душа крыски давно уже бегает у него по плечу, просто он этого не видит. Так же как Илан стоит рядом и все время наблюдает за ними. Яни даже чувствует иногда, как он ее гладит по макушке. Будто ветерок проходится по голове. Легонько-легонько. А на самом деле ни ветра, ни сквозняка. Поэтому трупик лучше спрятать поскорее, чтобы крыска не испугалась. Так и похоронили ее в море.