— Еще как имею. Открой.
— Нет.
— Я сказала, рот открой, лгунья.
— Я не лгунья.
— Ты шлюха и я это знаю, так почему бы тебе не оказаться еще и лгуньей? Открой!
— Нет.
— Открой рот!
— Нет!
— Я тебе что сказала?
— Не открою.
— Еще как откроешь. Мальчики мне помогут.
Уилли фыркнул. Донни стоял в дверях с банками, сконфуженный.
— Открой рот, шлюха.
Дениз снова захихикала.
Мэг смотрела Рут прямо в глаза и набрала воздуха в грудь.
И на мгновение ей почти удалось стать взрослой. Проявить потрясающее достоинство.
— Я сказала, Рут, — произнесла она. — Я сказала «нет».
Даже Дениз заткнулась.
Мы были поражены.
Мы никогда не видели ничего подобного.
Дети беспомощны. Почти по определению. Детям положено либо терпеть унижение, либо убегать. Протестовать в открытую нельзя. Бежишь в комнату, хлопаешь дверью. Кричишь, воешь. За обедом сидишь букой, не беря в рот ни крошки. Все делаешь назло — или ломаешь что-нибудь нарочно-нечаянно. И все. Таков твой арсенал. Нельзя встать лицом к лицу со взрослым и послать его на все буквы. Нельзя просто встать и тихо сказать «нет». Мы до такого еще не доросли. Так что произошедшее казалось нам совершенно невероятным.
Рут улыбнулась и сунула сигарету в пепельницу.
— Похоже, мне стоит проведать Сьюзен, — сказала она. — Думаю, она у себя в комнате.
Теперь настала ее очередь переглядеть соперницу.
Еще миг они стояли друг против друга, как стрелки на дуэли.
Потом самообладание Мэг пошатнулось.
— Не тронь мою сестру! Оставь ее.
Ее руки сжались в кулаки. Костяшки пальцев побелели. И тогда я понял, что она знала о позавчерашнем избиении.
Я подумал — а не повторялись ли они, эти избиения?
Но в какой-то мере мы расслабились. Так было лучше. Привычнее.
Рут лишь плечами пожала.
— Не переживай, Мэгги. Я просто спрошу — что она знает о твоих набегах на холодильник. Если ты не сделаешь то, о чем я тебя прошу, думаю, она мне расскажет.
— Ее даже не было с нами!
— Не сомневаюсь, что она все слышала, дорогая. Не сомневаюсь, что даже соседи слышали. К тому же, сестры знают друг о дружке все, не так ли? Это в крови.
Она повернулась к спальне.
— Сьюзен!
Мэг схватила ее за руку. Теперь ее словно подменили — перепуганная, беспомощная, отчаявшаяся.
— Черт бы тебя побрал! — сказала она.
Ясное дело, это была ошибка.
Рут развернулась и дала ей пощечину.
— Это ты мне? Мне, мать твою? Ты что, оборзела?
Она снова ударила, Мэг подалась назад, уперлась в холодильник и, потеряв равновесие, рухнула на колени. Рут склонилась над ней, схватила за челюсть и сжала.
— А теперь открывай рот, слышишь? Или я из тебя все дерьмо повыбиваю, и из твоей драгоценной сестрички тоже! Слышишь? Уилли! Донни!