— Вы просто кладезь знаний и умений, мсье Фонтанэ, — чуть иронично констатировала Фрэнсис. — Сами петь не пробовали?
— Пробовал и петь и рисовать и на фортепьяно тренькать, но потерпел фиаско. Зато я умею танцевать вальс, а также некоторые негритянские танцы.
— Вы жили в Африке? — ужаснулась мисс Филби.
— Нет, я жил в Америке, в Луизиане, куда этих негров везут тысячами. Вот и нагляделся, как они пляшут…
— Вы жили в Америке? — удивилась Фрэнсис. — Еще один сюрприз! Так рассказывайте, какова она, Луизиана…
После затянувшегося чаепития (часа два Антон вешал лапшу на уши девам) разнеженная компания вышла на улицу и вдруг наткнулась перед входом в кофейню на группу молодых господ, поджидавших именно их. Ибо возглавлял группу никто иной, как Гарри Вернон, который осклабился и разразился мерзкой речью:
— Вот, наконец, вышла моя Фрэнсис, подстилочка совсем недавняя! С ней, конечно, козявка Филби, а еще тот гаденыш, который на мою подстилку покусился…
Антон не стал ждать продолжения словесного поноса, а вынул из кармана редингота железный шарик, обшитый бархоткой, и резко метнул его в лоб баронского сынка. Тот заткнулся и упал как подкошенный. Его спутники числом три щелкнули чем-то на своих тростях, отбросили деревянную облицовку и оказались с клинками в руках.
— Предупреждаю, что я способен перебить вас всех, — сказал грозно Антон. — Пакуйте обратно свои железки!
Но джентльмены, храбрые числом, бросились к нему в надежде наколоть как жука на булавки. Антон выхватил уже нунчаки, ускорился и стал наносить стремительные и точные удары: ближнему по голове, второму по локтю и третьему по плечу. Клинки из их рук повыпадывали, а глаза из орбит повылазили. Антон же спрятал свое оружие, подобрал шарик, потом обернулся к дамам, улыбнулся успокаивающе и сказал:
— Инцидент, я думаю, на сегодня исчерпан. Едем домой?
Глава пятьдесят первая. Мистификации
Оказавшись в своей посольской «крепости», Антон поразмыслил над этим происшествием и пришел к выводу, что и он и Фрэнсис нуждаются в действенной обороне от настырного Вернона, которому ничего не остается, как прибегнуть к убийству своего оскорбителя (и похищению и истязанию оскорбительницы). Ну а самая действенная оборона — это нападение, причем скорейшее. Но как напасть? Тоже убить? При одной мысли об этом Антона стало корежить. А если попробовать его запугать? Чтобы он дернул из Лондона в свое поместье и носа оттуда не высовывал? Нука, нука…
Через полчаса угрожающий текст был готов: «Mother fucker!(Козел вонючий!) Who are you fucking with? (Ты на кого пасть раззявил?) Run to your sheepfold in Dorset and stay out of here! (Беги в свою овчарню в Дорсете и не суй сюда нос!)». Brothers Southwark (Братья Саутварка). Теперь следовало приобрести свежеотрубленную козлиную или баранью голову. Антон оделся, выпросил у Трейяра посольскую карету и поехал на бойню…