ваши чувства типичны. Что бы вы ни испытывали — облегчение, отчуждение, обиду, вину…
Таба сел обратно в кресло.
— Почему я должен чувствовать вину?
— Я не имею в виду, что вы должны испытывать какие-то определенные чувства. Я просто пытаюсь донести до вас мысль, что процесс расставания, для которого, конечно же, характерны свои критические точки и моменты разногласий, редко является результатом одного-единственного события. И редко возникает по вине одной стороны. Подобные ситуации часто развиваются годами, и важно знать, что в итоге оба совершенно закономерно оказываются на разных ступеньках своего жизненного пути.
— На разных ступеньках? То есть для моей жены было естественным трахаться с моим напарником?
Психотерапевт несколько мгновений покусывал губы. Конечно, Таба ничего не знал об этом докторе, однако распознать салагу был способен.
— Господин Таба, я просто пытаюсь подчеркнуть, что вам не стоит винить в произошедшем только себя…
— Черт, я же сказал, я и так знаю!
Психотерапевт, вымучивая очередную улыбку, щелкал кнопкой ручки.
— Вы сожалеете, что пришли сюда?
— Я получил на это прямой приказ начальника отдела, — сказал он, доставая сигареты.
Он протянул пачку психотерапевту и тут же закурил сам, не давая тому шанса возразить, что здесь не курят.
— Это очень смешно… Мой напарник трахает мою жену, я из-за этого расстраиваюсь, а теперь еще сижу у мозгоправа. У жизни отличное чувство юмора…
Психотерапевт пододвинул к нему пустой стакан — для пепла, а Таба уставился на горящий кончик сигареты, время от времени покачивая головой. Доктор застыл в ожидании.
— Итак, — наконец спросил Таба. — Сколько времени это займет?
— Каждый сеанс длится один час.
— А сколько их всего?
— Я понимаю, что вы хотите знать точно. Но терапия требует времени.
Когда психотерапевт начал разглагольствовать о стратегии дистанцирования и ошибочности взаимных упреков, Таба его уже не слушал.
Он вновь думал о дочери. Прочитав книгу о влиянии развода на детей, он представлял возможный исход в случае собственного развода — в книге это описывалось такими словами, как отрицание, отказ, гнев, реагирование, триангуляция и проекция. Значений большинства из них он не знал, однако понимал, что разлука с ним расстроит Хосико. Ему хотелось уберечь ее от этого, но не в его силах было изменить случившееся. Того, что наделали Хосико и Ивата.
Ивата.
Это имя вызывало у него во рту неприятный привкус. Задумывался ли когда-нибудь Ивата о том, как это повлияет на ребенка? Не говоря уже о чувствах Клео и Ниины. Таба всегда считал, что у него идеальная семья. Так почему Ивате так легко удалось ее разрушить? И как ему могло не хватать такой женщины, как Клео? Она была невероятно яркой. Однажды, на одной из вечеринок, он даже подумал, что влюблен в нее. Однако идея пригласить Клео на свидание, не говоря уже о том, чтобы прикоснуться к ней, казалась ему совершенно дикой. Как такое вообще пришло ему в голову?