Хонигман довольно часто покидал Тель-Авив, но отнюдь не из желания избавиться от царящей в Израиле жары и понаслаждаться мягким климатом Лихтенштейна. Причина заключалась в том, что он являлся связным израильской секретной службы.
Бенно Хонигман был убежденным сионистом.
С Горицей Хонигмана связывало многолетнее сотрудничество, из которого оба они извлекали взаимные выгоды. На этот раз Горица летал в Капштадт в качество спецкурьера и теперь через Париж возвращался в Дюссельдорф. На парижском аэродроме Орли его ожидал представитель спецслужбы, который и сообщил ему о необходимости заехать в Вадуц. Все это свидетельствовало о том, что Хонигман намеревался предложить свои услуга западногерманской спецслужбе.
Человек, встретившийся с этим израильтянином в первый раз, вероятно, принял бы его за образованного человека, прекрасно разговаривающего на трех языках. Однако, несмотря на свои светские манеры, Хонигман выглядел в некотором роде провинциалом.
— Вы любите музыку Франца фон Зуппе? — спросил Хонигман, пробуя вермут.
Горица кивнул в знак согласия, хотя в действительности находил музыку такого рода скучной.
Пластинка автоматически легла на диск проигрывателя. Хонигман с помощью дистанционного управления запустил диск, и из проигрывателя полились звуки увертюры к «Поэту и крестьянину». Израильтянин увеличил громкость до предела, при этом оба собеседника обменялись понимающими взглядами: их теперь трудно было подслушать.
— Я не буду начинать издалека, Фред, — проговорил Хонигман. — Страна у нас маленькая, и потому мы можем добиться успеха только с помощью некоторых специалистов со стороны; вот, собственно, почему мы сотрудничаем и с вашей секретной службой.
Горица, не вставая с места, изобразил нечто похожее на поклон и приветливо улыбнулся, при этом его ямочка на подбородке обозначилась более явственно.
— Об этом не следует и вспоминать, Бенно, — заверил Горица своего собеседника.
Тогда израильтянин перешел конкретно к делу:
— Одна фабрика, находящаяся в государственном подчинении и занимающаяся выпуском электрических приборов бытового назначения, попала в довольно затруднительное положение — она не выдержала конкуренции на мировом рынке… В ее интересах нужно бы кое-что предпринять! Речь идет о возможности вести борьбу с самыми опасными для нас конкурентами на Европейском рынке в выпуске новой электроники!
Бенно Хонигман откинулся на спинку кресла и начал внимательно разглядывать гостя, словно желая убедиться в том, что тот правильно понял значение предпринимаемого шага.
— Нам придется заглянуть в ящики письменных столов ваших конкурентов, не так ли? — спросил Горица так тихо, что его собеседник не столько расслышал, сколько прочел эту фразу по движению его губ.