Мне было известно, что когда-то мой высокий властный Холод был маленьким Ледяным Джеком, размером с ребенка воплощением инея, которым он разукрашивал окна и грани предметов, следуя в процессии Короля Зимы. Люди считали его работу прекрасной и достойной внимания, и однажды смертные оценили его и поверили, рассказывая предания, и это сделало его сильнее и реальнее. Так же как любовь и вера превратили игрушечного кролика из сказки про Плюшевого Зайца в настоящего зайчика, так и мужчина рядом со мной стал не чем-то, что стелится перед снегом, немногим большим образа холодной и ледяной красоты, а Убийственным Холодом. Моему Холоду помогла любовь смертной девушки по имени Роза. Она уже давно покоилась в своей могиле, но из любви к ней Холод захотел вырасти высоким и сильным, чтобы связать с ней свою жизнь. Я была благодарна ей, и поскольку не могла сказать ей спасибо, когда Холод предложил назвать нашу вторую дочь Розой, никто не возразил. Мы лишь подобрали более красивую версию этого имени — Брилуэн, по-корнийски «роза».
Одной рукой я так и сжимала нож, который он дал мне, а второй потянулась к нему, чтобы коснуться его бедра, проглядывающему из-под одеял.
— Я и забыла, что Мрак и Убийственный Холод не всегда были вместе рядом с королевой.
Он накрыл мою ладонь своей и подарил улыбку, в которой было все, что я хотела сейчас видеть: нежность, любовь и мягкость, сохранившиеся от его первой формы, что бежала вприпрыжку перед снегом и украшала мир льдом.
— В малых битвах между дворами сидхов, после этого, новоиспеченный Холод сражался против меня.
Я повернулась к Дойлу.
— Хочешь сказать, что вы двое сражались друг с другом?
Он улыбнулся.
— Нет, я видел его пару раз на поле боя. Он сиял, и его сложно было не заметить, но в битве он был новичком, и его не обучили так, как делал я, прежде чем выпустить на поле только что вступившего в ряды воинов.
— Думаю, для Благих я был случайной неприятностью. Я был первым за долгое время низшим фейри, ставшим сидхом. Низших фейри не тренируют так же, как сидхов.
— Это относится и к Неблагим, но полагаю, они ожидали, что ты погибнешь в тех небольших битвах, не было нужды тратить свои силы на пушечное мясо.
Холод начал поглаживать большим пальцем костяшки моей руки, которой я касалась его бедра.
— Ты, возможно, прав, но я выжил, и они начали обучать меня.
— Если когда-то ты был Благим, то как тебя изгнали из них?
— Прислужница, человеческая девушка, пролила на руку короля горячий суп. Он исцелился за считанные минуты, но все равно ударил ее, а когда она устояла, не дрогнула и не отвела взгляда, он начал избивать ее.