Последние слова я, наверное, вслух выдавил, поскольку тут же явился гость. Старый знакомец, здоровенный и широченный.
Боевой робот.
Сначала я увидел как бы ледяную фигуру, изображавшую кибера, – полупрозрачный, он бликовал на заходящем солнце. Маск-система. Видывали мы такую в «Хищнике», видывали.
Потом робот вроде как материализовался – проявился всею своей статью.
Он возвышался надо мною, словно статуя командора, медленно поводя двумя парами рук, будто соображая, как именно добить Александра Сергеевича с погонялом Бомж.
– Что, Терминатор ты наш, явился? – прохрипел я.
Шеи у робота не было, но он каким-то образом наклонил свою двояковыпуклую голову и проговорил густым баритоном:
– Нойа тараи-нэ? Ко-сагассэ алли уш-татэ?
– Не понимаю… – пробормотал я устало.
Да идет оно все к черту…
А робот вроде как присел – его ноги-тумбы не подогнулись, они будто бы еще толще стали – и короче. Он навис надо мной, растопырив манипуляторы, и деловито принялся оказывать мне первую помощь.
Правда, я не сразу сообразил, что мне хотят помочь, а не разделать мое бренное тело.
Робот чем-то непонятным распорол мне штанину, посветил каким-то прибором – я ясно видел розовый лучик, от которого кожу холодило, – а затем коснулся раны инжектором.
– Ко-сакаи оммер найа-моа… – комментировал он.
– Ты по-русски как? – не выдержал я.
Машина не удивилась – наверное, она этого не умела.
– Фигня вопрос, – ответил кибер. – Га, братан.
Вероятно, «га» было чем-то средним между «да» и «ага». А уж насчет блатного жаргона я умолчал.
– Базарю малехо, в натуре, – выразился робот и показал мне инжектор. – Универсальный набор нанороботов-диссемблеров и ассемблеров, разборка на атомы поврежденных тканей и складывание здоровых, синтез крови, витаминов, лекарств, мобилизаторов жизнедеятельности, регенерации и иммунного ответа.
– По-научному у тебя лучше выходит.
– Га, – легко согласился Терминатор.
Он замазал чем-то рану у меня на голове, залил тем же составом дырки на руке и в боку.
– Нормуль, братан, – бодро проговорил робот. – Калган здоровый!
– Отвечаешь? – улыбнулся я.
– Крест на пузе!
Господи, вздохнул я, и где он только нахватался «фени»? Видать, бандосов наслушался…
А я и впрямь ощутил прилив сил и здоровья. Это трудно описать, очень уж быстрым оказался переход между «паршиво, сдохнуть охота» и «оклемался, поживу еще».
Муть в голове осела, утихла тупая боль, а в руке, в боку и в ноге словно мурашки часточасто закололи. Видать, те самые нанороботы плодились и размножались, чтобы меня чинить.
Признаться, меня более всего поражала некая обыденность происходившего – инопланетный робот латает землянина…