Голос Хасина буквально замораживал, а глаза с каждым словом становились все темнее и темнее, пока он обводил взглядом всех присутствующих, пока вовсе не заалели.
— Многие из вас посмели высмеять, оскорбить и унизить принцессу Анну. Я сделаю с вами то же самое, — и улыбка на лице, милая-милая, но ужасающая до такой степени, что одна из дам, по которой скользнул его взгляд в этот момент, лишилась чувств.
Но едва ли кто обратил на нее внимание, не сводя взгляда с Бастарда, лихорадочно при этом вспоминая о своих словах и действиях в отношении Анны, а так же гадая, что может показать зеркало. И на лице каждого был испуг и страх — никто не желал раскрывать свои тайны и грязные секреты.
— Вы понимаете, что нанесете непоправимый вред чести и достоинству…
— Кого? Почтенных семейств Акилона? — насмешливо перебил принца Хасин. — Честь и достоинство, Ваше Высочество, должны проявляться в умении контролировать себя, быть благоразумным и честным, благородным и верным.
— Вы не можете заставить любить, не можете…
— Я разве заставлял? — холодно отчеканил демон, вновь прерывая Адринна. — Я лишь просил о малом — уважении и молчании. Никого не просил любить или ненавидеть. Никого не принуждал к лицемерию. Но меня не услышали даже в такой малости. И каждому держать ответ за невнимание к моим предупреждениям. Вы думали — это пустые угрозы? — почти рычал Хасин, снова обходя зал по кругу и глядя на людей, которые с возрастающим ужасом следили за ним. — Запомните на будущее — демоны всегда выполняют свои угрозы! Приступим? — и снова улыбка на красивейшем лице.
Еще один щелчок и в зале появилось несколько проекций зеркала, чтобы каждый смог увидеть то, что Хасин желал продемонстрировать.
— Вы не имеете права! — воскликнула королева Рабия, когда промолчал ее муж, лишь мрачно выслушивающий демона и не сказавший ни слова против подобного, и никак не отреагировавший на ее взгляды.
— Я имею все права, — выгнув бровь, насмешливо произнес Хасин. — Заимел их в тот день, когда вы отказались признать собственную дочь, Ваше Величество, — и снова презрение в каждом слове. — Заимел их, когда вы не пожелали сделать ничего, чтобы помочь умирающей девочке выжить, принося ее в жертву ваших достоинства и гордости! Мне продолжать? — вкрадчиво произнес демон, глядя на королеву, которая была все еще зла, а еще оскорблена правдой, которую не любил никто.
— Я не потерплю подобного отношения! — смело высказался один из лордов, сделав шаг вперед и презрительно глядя на Бастарда.
Его голос дрожал, и он явно боялся, но все же набрался смелости.