— Ты куда? — Я ринулась вслед за ней.
— Куда-куда… Убегаю от тебя. Не видишь, что ли… — буркнула Кара и скрылась за дверью.
Мне стало искренне жаль Эла. Ушастый ловелас, судя по всему, допрыгался: на него глаз положили сразу и демонесса, и дарящая безумие Эйта — дева, которая приходила к спятившим в образе рыжей белки.
Из коридора раздавался ритмичный стук и аккомпанемент ругательств. И вроде бы они были тихими, но… я бы предпочла не высовывать носа из комнаты, дабы попросить не шуметь в столь ранний час. Кадеты, судя по всему, были со мной солидарны. Потому весь этаж усердно спал. Во всяком случае, недовольных тем, что кто-то столярит в такую рань, не нашлось.
А я подумала, что раз все равно оказалась в душевой — грех не умыться.
В комнату вернулась в почти благодушном настроении. Даже не хотелось никого убить. Ну, почти.
Удивительно, но дверь Риг починил так, что она стала даже лучше, чем была: больше не скрипела и открывалась легко. То ли у светлого был талант столяра, то ли большой опыт установки дверей. Судя по тому, как он лихо их выбивает, — второе.
— Все. — Риг указал на дело рук своих.
— Спасибо. — Я пару раз закрыла и открыла дверь. — Неплохо.
— Ну раз работу ты приняла, то… — Риг зачем-то потянулся к ремню, а потом и вовсе начал снимать штаны. — Я жду ответной благодарности.
— Э-э… Я пас. — Я выставила ладони в предупреждающем жесте. — Могу оплатить тебе ночь в доме терпимости…
Светлый так и замер, недосняв штаны.
— Что?
— Две ночи, — решила я поторговаться за свою честь.
— Крис, — буквально прорычал маг, справившись со штанами, — просто зашей!
Я до ужаса не любила краснеть. Да и заставить меня чувствовать себя неловко — это надо было постараться. Но Ригнару это удалось. Я ощущала себя идиоткой. Полной.
— Угу, удар колокола назад был в такой же роли…
Только тут я поняла, что он сделал это нарочно! Глаза светлого откровенно надо мной смеялись, в то время как лицо было абсолютно серьезным. Что же, видимо, в этой комнате не я одна была язвой.
— А если нет? — Я изогнула бровь, глядя на рослого Рига, гордо стоявшего в подштанниках.
— Так. Та пакость, которая покусала меня, — твоя. И тебе за нее отвечать.
Я хранила предгрозовое молчание.
— Кстати, если найдут твоего зверька, то согласно уставу его тут же убьют. Животных на территории академии быть не должно. Только в тренировочных катакомбах. И только твари мрака. Но я о той милой зверушке, которую ты старательно спрятала под одеждой при появлении коменданта, заметь, промолчал…
— Сволочь. — Я выхватила штаны из руки Рига. — Дохлый пошлинник и шантажист!