Тон, каким это было сказано, и выражение его лица заставили Хельгу насторожиться.
– И что же там, в этом квадрате? – небрежно спросила она.
– Я продам снимки Герману.
Ей с трудом удалось сохранить непроницаемое выражение лица.
– Ты полагаешь, он купит?
– Да. Думаю, да. При условии, что, если он этого не сделает, я продам снимки изготовителям порнографических открыток. Уверен, они будут пользоваться большим успехом у любителей этой продукции.
Хельга содрогнулась, но с виду и бровью не повела.
– А ты тем временем будешь отсиживать срок?
– Не думаю. Я тоже все обмозговал, Хельга, не ты одна. Мне кажется, Герман не станет доводить дело до суда, стоит пригрозить, что грязные открытки с изображением его жены начнут разгуливать по всему белому свету.
– Выходит, ты плохо знаешь Германа. Он, конечно, разведется со мной, но одновременно приложит все усилия, чтобы упечь тебя за решетку не только за воровство, но и за шантаж. А это уже добрые лет двадцать.
Арчер пожал плечами:
– Что ж, в крайних ситуациях все средства хороши. Думаю, Герман все же уступит. Вряд ли ему понравится, что все его высокопоставленные партнеры и магнаты будут хихикать и пускать слюни над изображением его голой жены, пусть даже бывшей.
В прихожей вдруг раздался страшный грохот. Арчер вскочил, Хельга тоже.
– Похоже, твой сопляк рвется на волю, – насмешливо улыбаясь, сказал Арчер и снова опустился в кресло. – Напрасные старания. Это твоя идея с балкой вовсе недурна, а, Хельга? Она и быка удержит. Я-то знаю… я тоже пробовал.
Она стояла, глубоко затягиваясь сигаретой, судорожно стараясь придумать какой-то выход. Иначе конец. Пожалуй, Герман действительно скорее заплатит, нежели допустит, чтобы открытки с ее изображением ходили по рукам. И тогда Арчер получит и деньги, и свободу, а она потеряет все, все! Уловка не удалась…
– Мэм!!! Вы как там?! – вопил из-за двери Ларри.
– Ни с места, Хельга, – сказал Арчер, вытягивая длинные толстые ноги. – Плюнь на него, не слушай. Сядь. Ну так как насчет квадрата «Г»?
Она подняла бокал.
– Мэм!!! – снова ворвался в комнату голос Ларри.
Она вся подобралась, быстро шагнула вперед, выплеснула содержимое бокала Арчеру в лицо и бросилась вон из комнаты. Всей тяжестью тела повисла на балке. Балка дрогнула, но не поддалась. Сзади послышался яростный вопль Арчера, и, пока она бешено трясла балку, он вылетел из гостиной в прихожую. Водка щипала глаза, и он наполовину ослеп. Она сражалась с балкой, тянула и трясла ее что было силы. И когда Арчер налетел на нее, вдруг почувствовала: балка наконец немного подалась.