— Не надо, ребята. Это наш клиент, могут быть неприятности.
— Врет, козел, — тут же среагировал один из приезжих, но поступательное движение к даме приостановилось.
— Что это за сброд здесь шатается? — все так увлеклись выяснением отношений, что не заметили, как вошел Угол, один из помощников Седого, отвечавший за весь легальный бизнес, в том числе и за телевидение. Рядом с ним стоял лопоухий мужчина лет пятидесяти — очередной политик, которого и поджидала атакованная приезжими дамочка.
Угол держался властно, что получалось как-то само собой, выработавшись за последние годы. Гости это сразу почувствовали, поэтому не стали лезть на рожон, пытаясь просто отстоять свои права.
— Тут ребята нам задолжали, а отдавать не хотят. Вот мы и приехали стрясти должок.
— Так вы залетные! — воскликнул Угол, вглядевшись в их лица. Ну, сосунки, совсем оборзели. Пошли со мной. Кстати, — поинтересовался он, зная, какие методы используются при выколачивании долга, — они здесь ничего не крушили?
— Не успели, — ехидно заметил один из телевизионщиков, почувствовав себя в безопасности.
Из разговора с визитерами выяснилось, что именно они снабдили глотовских теледеятелей стартовым капиталом. Часть долга те уже успели вернуть, но попав под Жереха, выплаты прекратили. Кредиторы их долго не беспокоили, только «включили счетчик». И когда наросла солидная сумма, прикатили разбираться, не удосужившись провести разведку. И попались, как кур во щи. Правда, Угол заставил телевизионщиков вернуть залетным долг — ясное дело, без «счетчика», но тут же большую часть денег забрал в виде штрафа.
— Чтоб в следующий раз не пытались проскочить на авось, а разбирались по понятиям.
Но если тогда, узнав о происшествии, Седой лишь улыбнулся, то сейчас ситуация, тоже связанная с телеканалом, доводила его до бешенства: синим пламенем горела одна из самых важных программ этого года.
Дело в том, что Седой задумал сделать передачу о снижении уровня преступности в Глотове. Эта идея настолько запала ему в душу, что он лично просмотрел сценарий и уговорил принять участие в передаче одного милицейского начальника. А ведь раньше пахан ограничивался лишь общими указаниями. Седой даже сводку происшествий по городу изучил, чтобы указать своему корешу в погонах, на каких разделах не стоит заострять внимание. Больше всего пахан предлагал упирать на тот факт, что за последнее время в городе произошло всего два убийства, причем, оба бытовые, раскрытые, что называется, по горячим следам. Ну, тюкнул сгоряча муж жену молотком по голове, ну, чиркнул сосед соседа ножиком — так преступники здесь не виноваты, пить меньше надо. Зато реже стали грабить, насиловать, наносить тяжкие телесные повреждения. Еще чуть-чуть — и в городе воцарятся тишь да благодать.