Хасан кроме пистолей презентовал мне еще мешок сарацинской заразы, то есть зерен кофе, и пять больших мешков отличного риса. Помимо этого полный зерцальный доспех, весьма тонкой, явно индийской работы, парные кинжалы изящной чеканки, очень похожие на достославные бебуты[276], и такие же парные сабли – если не ошибаюсь, марокканские нимши[277]. Весьма серьезное оружие: тяжелые, изысканно украшенные, отличной стали и мечной заточки. Ну и полную шкатулку женской бижутерии в национальном сарацинском колорите да по паре штук парчи и шелка – для жены. В общем, потрафил старый сарацин барону.
Расставались мы если не друзьями, то очень хорошими товарищами. Как ни странно, сошлись характерами, несмотря на абсолютно разный менталитет. Но это скорее всего моя заслуга – все же я только частично средневековый мракобес, а в остальном вполне такое дитя мультикультурного общества.
Уже собираясь домой, я задал вопрос:
– Уважаемый Хасан, а вы случайно не знаете купца из Алеппо по имени Гассан ибн Зульфикар?
– Хвала Аллаху, имею такую честь… – Капудан настороженно стрельнул глазами в меня. – У вас есть к нему какие-нибудь дела?
– Возможно. Что вы можете про него сказать?
– Уважаемый человек, почтенный купец, но, к сожалению, не правоверный… – не вдаваясь в подробности, отрапортовал Хасан, явно не желая давать полную характеристику.
– Есть ли у него дочь по имени Земфира?
Хасан немного помедлил с ответом, а потом сухо сказал:
– Глубокоуважаемый Жан, я бы хотел пока воздержаться с ответом вам. Понимаете, чужое горе не подлежит обсуждению третьими лицами. Возможно, вы потрудитесь пояснить свой интерес?
– Я не зря задал вопрос… – Сухость моих слов оказалась равна тону сарацина. – Неужели вы могли подумать, что слова мои могли оказаться глумлением над горем уважаемого человека?
– Я не могу заглянуть вам в душу, уважаемый Жан… – процедил капудан.
М-да… атмосфера доверия и уважения, создавшаяся между нами, мгновенно куда-то испарилась. Ну ладно, не буду нагнетать, не хватало еще резню с приближенными дюка устроить… Но каков сарацин! Духовитый, зараза; уважаю…
– Хорошо, я поясню. Мне волей случая посчастливилось избавить от незавидной участи девушку по имени Земфира, назвавшуюся дочерью Гассана ибн Зульфикара. Думаю, описывать ее нет нужды, так как не верить ее словам у меня нет основания. Вы удовлетворены причиной моего вопроса?
– Какова цена выкупа? – деловито и угрюмо буркнул капудан. – Я сейчас могу собрать в пересчете на ваши деньги около пятисот турских ливров. Если вы согласитесь подождать день, я могу еще столько же взять под залог своих следующих поставок. И молю вас не причинять горя и унижений несчастной…