Не переставая смеяться, Дона встала во весь рост, вскинула над головой руки и закричала. Он тут же подплыл к ней и помог перебраться на борт. Он ни о чем не спрашивал ее. Она тоже молчала, глядя, как он осторожно выводит лодку из полосы прибоя. По подбородку у нее текла кровь, одежда промокла, но она не обращала на это внимания. Лодка плясала на крутых волнах, в лицо летели соленые брызги, смешанные с дождем. Неожиданно где-то позади блеснул свет, затем раздался пушечный выстрел и что-то плюхнулось в воду ярдах в десяти перед ними. Пьер Блан ухмыльнулся во весь рот и еще сильней налег на весла, держа курс на «Удачливый», который на всех парусах летел им навстречу.
Снова вспыхнул свет, снова ударил оглушительный выстрел, сопровождаемый на этот раз треском ломающегося дерева. Дона не успела заметить, куда попало ядро. Она разобрала только, что с корабля перекинули канат, подтащили их к борту, затем чьи-то руки подхватили ее и подняли вверх; она увидела смеющиеся лица матросов, черный водоворот, бурлящий за спиной, и лодку, медленно погружающуюся в пучину…
Француз стоял у штурвала; на подбородке его тоже краснела ссадина, волосы растрепались, рубашка промокла насквозь. Они посмотрели друг на друга и улыбнулись. В ту же минуту он крикнул:
– Падайте! Сейчас выстрелит пушка!
Измученная, продрогшая, не чувствуя под собой ног от усталости, она упала на палубу, зная, что самое страшное уже позади и что они снова вместе.
Ядро шлепнулось в воду, не долетев до корабля.
– Поберегите порох, ребята! – рассмеялся француз. – Теперь вам до нас не добраться.
А коротышка Пьер Блан, встряхнувшись всем телом, как промокшая дворняга, свесился за борт и показал форту нос. «Удачливый» круто накренился и скользнул вниз по волне; паруса забились и затрепетали, сзади послышались крики, и кто-то из преследователей выпалил по кораблю из мушкета.
– А вот и ваш приятель, Дона, – проговорил француз. – Ну-ка, посмотрим, хорошо ли он умеет стрелять.
Он пробрался на корму и, подойдя к перилам, глянул вниз: передняя лодка была уже совсем близко, Рэшли свирепо уставился на него, а Годолфин снова вскинул к плечу мушкет.
– Смотрите, смотрите! – воскликнул вдруг Рэшли. – У них на борту женщина!
В этот момент Годолфин выстрелил. Пуля просвистела у Доны над головой. Новый порыв ветра накренил корабль, и она увидела, что за штурвалом стоит Пьер Блан, а француз застыл у борта с подветренной стороны и, посмеиваясь, смотрит на лодку. Корабль снова нырнул вниз. Француз перевесился через перила – в руке его блеснула шпага.