Жозетта с минуту ошеломленно смотрела на брата. Рене, который не задерживался ни на одной работе больше недели, так рвался на новую? Жозетта еще ни разу не замечала у него подобного рвения.
– Никуда ты не пойдешь. Вряд ли кто-то станет возражать, если ты пропустишь несколько дней по причине нездоровья. Утром я отправлю записку в контору. А теперь ложись и прими еще немного опиума. Я же займусь раной Бастьена.
Жозетта принялась обрабатывать рану второго брата, потонув в потоке ругательств и жалоб на то, что он сам сделал бы лучше, глядясь в зеркало. Недовольное бормотание Бастьена заставило Рене умолять о порции рома, которая помогла бы ему вытерпеть невыносимую сварливость брата.
Когда Жозетта закончила обрабатывать раны Бастьена, тот помог брату встать со стола, не преминув при этом отпустить язвительное замечание в его адрес. Жозетта последовала за Бастьеном, помогающим опоенному опиумом Рене подняться по ступеням, и проводила их в первую же попавшуюся спальню.
Бастьен посмотрел на сестру.
– Я бы советовал тебе отправиться к себе. Если, конечно, ты не хочешь понаблюдать за тем, как я буду стаскивать с него штаны и нижнее белье.
– Хм. – Жозетта распахнула дверь спальни. – Постарайся выспаться, Рене. Сон поможет тебе поправиться быстрее.
– Merci, – пробормотал Рене.
Жозетта закрыла за братьями дверь, а потом облокотилась о стену и стала поджидать Бастьена. Он отказался принимать опиум, поэтому прекрасно поймет то, что она собиралась ему сказать. Жозетта устало вздохнула.
Спустя две минуты он вновь появился в коридоре и пошел вместе с сестрой в отведенную ему комнату.
– Это нападение не случайно, – произнес Бастьен. – Думаю, этим троим нужен был Рене. Или тот из нас, кто столкнется с ними первым.
Жозетта вновь ощутила острое чувство вины. Как же ненавистно было ей это ощущение.
– Что заставило тебя так думать?
– Я слышал, как кто-то произнес: «Это один из них». Думаю, они не ожидали моего появления. А мы с Рене встретились, чтобы поужинать вместе.
Желудок Жозетты болезненно сжался.
– Вам стоило поужинать здесь, а не шататься по темным улицам в поисках еды.
Они достигли спальни Бастьена, но, вместо того чтобы пожелать ему спокойной ночи и уйти, Жозетта остановилась и произнесла:
– Я решила попросить Рене тоже переехать ко мне.
Рука Бастьена замерла на дверной ручке.
– Почему?
Жозетту обуревали такие эмоции, что она едва сдерживалась, чтобы не заломить руки.
– Мне показалось, его увлекла новая работа. Вот я и подумала, что не стоит ему ежедневно совершать утомительное путешествие домой на болота и обратно. Обедать и ужинать он сможет здесь.