В марте, по возвращении из столицы, большими (правда, по крестьянским меркам) взятками, лестью и с серьезным использованием "административного ресурса" в лице Мельникова (который вообще не понимал, что я делаю, но ему было просто интересно поглядеть "что получится") Большую и Малую Воробцовки мне удалось превратить в "колхоз Воробцовский". Не то чтобы мне эти двести десятин земли так нужны были, но колхоз — хоть и крошечный — мне был нужен для демонстрационных целей. "Свои" деревни для этого не годились — там крестьяне были лишь "наемными сельхозрабочими" на моей же земле, то есть скорее уж "совхоз", а мне требовался именно колхоз, причем исключительно как "дело добровольное": крестьяне сами себя должны кормить и содержать, а не на меня надеяться.
К первому апреля была завершена подготовка к посевной на левом берегу Волги. За прошлое лето и частично за зиму под руководством Женжуриста было прорыто множество каналов, арыков и просто канав — и теперь пять с небольшим тысяч гектаров степи ждали, когда по ним пройдет трактор. Кроме полей в степи были выстроены и четыре деревни, все вдоль "верхнего" магистрального канала. В деревни эти был перевезен народ из Рязановки. Не весь народ, даже чуть меньше половины, ну и я не господь бог, чтобы всем сразу сделать хорошо. Впрочем, сама Рязановка почти уже опустела, так как довольно много тамошних жителей перебрались в рабочий городок и с крестьянством (точнее, с батрачеством) покончили — а у меня уже на правом берегу образовалось сразу три с половиной тысячи десятин угодий. Хреновых, но своих. Правда, ерзовские "богатеи" меня сильно невзлюбили, но лично мне на их трудности было плевать.
Не плевать было Димке, ведь он там жил. После того, как он во второй раз вернулся из Ленкорани, его, уже повзрослевшего и возмужавшего, я назначил "председателем колхоза" в Ерзовке, поскольку по прежнему опыту надеялся, что он с работой справится. А во избежание "всяческих инцидентов" нанял охрану из пары отставных солдат, видом повнушительнее. Правда они защитить его смогли бы разве что в открытой драке, но я надеялся, что старого приятеля реально защитит пущенный мною слух, что охранники, случись что, просто убьют и исполнителей, и подстрекателей любых нехороших действий в его направлении.
Очень неплохо поработал и "колхоз" в тульской губернии, в Бело Озере — там в прошлом году попробовали "мою" картошку, а в этом уже готовили под нее поле гектаров на двадцать. И полтораста гектаров — под пшеницу. Были определенные сомнения в будущем урожае, но поля были все на этот раз расположены вдоль Дона — хоть невелика речка, но на полив воды хватит, благо до самого дальнего поля от воды было метров триста.