Мама Мабуса не пропускала ни одного такого праздника. А на следующее утро выглядела больной, помятой и уставшей. Заваривала себе серую траву игото – траву, предотвращающую беременность, – и жаловалась на то, что все ее тело ломит, точно по ней пробежалось стадо диких кабанов.
– Станешь жрицей Набары, Нок, и для тебя будут заваривать такую траву, – говорила в такие дни она, – это хорошая травка, о ней должна знать каждая женщина, чтобы не понести дитя после больших праздников и не плодить выводок лишних ртов у себя во дворе. Уж жрицы богини любви знают толк в таких вещах, поверь мне, девочка, они тебя всему и научат.
А теперь и научить Птицу некому. Что если она зачнет ребенка после первой же ночи с хозяином? Куда девать тогда дитя?
Рядом все еще бубнил себе под нос Еж. Доказывал, что воды озера не могут подчиняться людям, это невозможно. Птица не слушала его. Она давно поняла, что не так прост охотник Ог, как кажется.
Плот, послушный воле воинов, двигался по воде быстро и плавно. Ни качки, ни заливающих бревна волн. Озеро будто уснуло, разморенное беспощадно палящим солнцем.
Вскоре они пересекли Белорыбье, и низкие бревенчатые домишки с плоскими крышами, крытыми сухой травой и землей, выстроились в неровный ряд на расстоянии двадцати шагов. Утоптанный, лишенный травы берег забирался вверх и переходил в рыжие, рыхлые скалы, вершины которых украшали причудливо вылизанные ветрами и выжженные солнцем камни.
Плот причалил к темным мосткам бесшумно и послушно, слегка качнулся и замер. Все, путешествие по воде закончено. Перед путниками пролегали незнакомые, чужие земли, и совсем скоро отряд окажется в полной неизвестности. Там, где Птица отродясь не бывала и не желала бывать. Куда все-таки направляется охотник?
– Не оглядывайтесь, и не медлите. Надо убраться отсюда как можно скорее, – негромко велел Ог, подсаживая в седло только что проснувшуюся Травку. – Не бойтесь, главное – не бойтесь. Речных людей тоже не стоит бояться, с ними я справлюсь.
Обхватив талию малышки рукой, девушка послушно кивнула, хотела добавить: «Да, Ог», но заметив брезгливую усмешку на лице хозяина, промолчала. Схватилась за повод, перевела взгляд на Ежа. Тот радостно улыбался, поглаживая холку лошадки, и выглядел так, будто только что получил наследство и множество благословений от духов. Ума у него нет и никогда не было, это точно. Чему тут радоваться?
Теперь они не просто ехали – скакали верхом, преодолевая узкие петли оранжевых троп, и солнце, опускаясь, нещадно палило им в спину. Временами Травка принималась хныкать и мотать головой, и Птица подумала, что надо обязательно прочесть заклинание. Но нужные слова вылетели из головы, лошадка подпрыгивала, перескакивая через небольшие камни, и ничего у девушки не выходило с этим самым заклинанием.