— В общем, негусто, — подвел итог Валентин, рассказав все Кузьмичевой. — Киоскер, в сущности, подтверждает наше предположение, что она кого-то ждала.
— Тоже немало… Значит, в подворотне она оказалась с кем-то, кого знала. Зачем?
Информация, которую раздобыл Валентин, ни на миллиметр не приблизила к цели. Осталось ждать, когда девушку начнут разыскивать.
Однако уже на следующий день около полудня Кузьмичевой позвонил дежурный.
— Товарищ капитан, — сказал он, — здесь пришли заявительницы. Возможно, они могут заинтересовать вас.
— Попросите их подняться ко мне.
Заявительницами, как их назвал дежурный, оказались две студентки педагогического института, Ира Сухова и Оксана Петренко. Обе были несколько смущены, так как не были уверены, что причина, побудившая их прийти, действительно серьезна.
Оксана Петренко, полная девушка с перекинутой на грудь длинной черной косой, встревоженно глядя на Кузьмичеву, сказала:
— Понимаете, дело в том… Маша Постникова, мы все вместе учимся, и, кроме того, мы с Машей снимаем одну квартиру на двоих… Так вот… Маша две ночи не ночевала дома и в институте не появляется… Мы очень беспокоимся.
— А она не такая, — вмешалась Ира Сухова, маленькая, светлая, похожая на юркую белку.
— Что значит не такая? — спросила Ефросинья Викентьевна.
Ира смутилась.
— Я хотела сказать, что Маша не могла не прийти ночевать, не предупредив Оксану. Да ей и ночевать-то не у кого. Родных у нее в Москве нет. А если б она у кого-нибудь из девочек осталась, то почему в институт не пришла?
— Она всегда ночевала дома, — сказала Оксана.
— Давайте по порядку, — попросила Кузьмичева. — Маша Постникова. Вы вместе учитесь. На каком курсе?
— Да, — кивнула Ира. — На четвертом курсе. Вчера после института мы с Оксаной поехали к ней домой, ждали Машу весь вечер. Я даже ночевать осталась. Все ждали, что она появится. Сегодня приходим в институт, опять ее нет. Чего только не передумали и решили: надо обратиться в милицию.
— В милицию, — задумчиво повторила Кузьмичева. — Во что была одета ваша подруга?
— В блузку желтую в синюю полоску и синие «бананы», на ногах — кроссовки.
«Она!» — подумала Ефросинья Викентьевна.
— Сначала мы было подумали, что она спешно уехала в Угорье к родителям, — продолжала Ира. — Может быть, что-нибудь случилось там. Но деньги, документы — все на месте.
— Вы не звонили к родителям?
— Нет, — ответила Оксана. — Сначала хотели, но потом решили раньше времени их не тревожить. Мы в больницы звонили, думали, может, несчастный случай. Но там сказали, что Постникова к ним не поступала.