— Да, — сказал я.
Мы приступили к еде. Все новые вспышки озаряли спокойное, темное море. В свете очередной молнии привиделся далекий корабль, идущий на всех своих черных, надутых ветром парусах.
— Свидание с Мандором уже состоялось?
— Да.
— И как он?
— Прекрасно.
— Что-то беспокоит тебя, Мерлин. Что?
— Очень многое.
— Расскажешь матери?
— А что, если она — часть этого?
— Я была бы разочарована, окажись это не так. Сколько ты будешь поминать историю с ти'игой? Я поступала так, как считала правильным. И по-прежнему уверена в своей правоте.
Я кивнул и продолжал жевать. Через какое-то время я сказал:
— Ты все прояснила в прошлом цикле.
Тихо плескала вода. Блики плыли по столу, по лицу матери.
— А еще вопросы есть?
— Может, сама расскажешь? — отозвался я.
Я ощутил ее взгляд и встретил его прямо.
— Не понимаю, что ты имеешь в виду, — удивилась она.
— Тебе известно, что Логрус — разумен? А Образ?
— Это тебе Мандор поведал?
— Да. Но я знал уже до него.
— Откуда же?
— Мы… сталкивались.
— Ты и Образ? Или ты и Логрус?
— Оба.
— И чем это закончилось?
— Манипуляциями, я бы выразился. Они борются за власть и просили меня определиться.
— Чью же сторону ты выбрал?
— Ничью, а что?
— Тебе следовало рассказать мне.
— Зачем?
— Посоветоваться. Возможно, я бы помогла тебе.
— Против вселенских Сил? Как плотно ты с ними связана, мама?
Она улыбнулась:
— Не исключено, что некто вроде меня может обладать особыми знаниями.
— Некто вроде тебя?
— Волшебница моих способностей.
— Насколько же ты хороша?
— Не думаю, что значительно им уступаю, Мерлин.
— Семья все всегда узнает последней. И почему ты не обучала меня сама, вместо того чтобы отсылать к Сухаю?
— Я плохой учитель. Мне не нравится наставлять людей.
— Ты учила Ясру.
Она склонила голову вправо и сощурила глаза.
— Тоже Мандор рассказал?
— Нет.
— Тогда кто?
— Какое это имеет значение?
— Большое, — ответила мать. — Потому что я не верю, что ты знал это во время нашей последней встречи.
Я вдруг вспомнил, что там, у Сухая, она говорила о Ясре что-то, что подразумевало их близость, и я обязательно бы отреагировал, если бы не тащил груз предубеждений и не летел вниз по склону под грохот грозы и забавное звуковое сопровождение тормозов. Я уж собирался осведомиться, какое имеет значение, когда я узнал это, но сообразил — мать действительно интересуется, от кого я это узнал, ибо ее заботит, с кем я мог говорить о подобных вещах с момента нашей последней встречи.
Ссылаться на Люка-призрака показалось неблагоразумным, потому я ответил:
— Ну ладно, ладно. Мандор оговорился, а потом попросил меня молчать.