Девушка потянулась руками за спину, собираясь расстегнуть бюстгальтер, и Валентин вскочил на ноги.
— Остановись! — Он протянул руку, пытаясь остановить Веронику, но девушка отступила назад.
Она пронзила его отчаянным взглядом.
— Стой там, где стоишь, я все равно сделаю это!
— Нет, не сделаешь.
— Нет, сделаю. — Вероника старалась справиться с крючками, пятясь назад. — Эта штука… — Она стиснула от напряжения зубы. — Она должна расстегиваться, — продолжала бороться с застежками девушка, — легким движением пальца… По-моему… — снова стиснула зубы Вероника, — мне нужно потребовать назад свои деньги. Ну вот! — наконец объявила она. Крючки расстегнулись, девушка улыбнулась, а Валентин рванулся вперед.
— Нет! — Его руки легли на черные чашечки кружевного бюстгальтера и удержали их на своем месте, когда лямки уже соскользнули с плеч Вероники.
На мгновение в комнате установилась невероятная тишина: можно было услышать, как колотится сердце девушки. Через некоторое время Вероника взглянула на руки Валентина, а потом на его лицо. Неожиданно она нервно рассмеялась.
— Почему ты смеешься?
— Просто весь твой вид говорит о том, что тебе страшно не хочется видеть меня обнаженной, и если я не буду смеяться, то мне придется заплакать.
Валентин взглянул на свои руки, лежащие на груди Вероники и удерживающие чашечки ее бюстгальтера. Улыбка появилась на его губах, а потом сквозь тонкую ткань он почувствовал ладонями тепло девушки и трепет ее сосков.
Их взгляды встретились, и радостное выражение моментально исчезло с лица Валентина.
— Но почему, Рыжуля? Почему ты делаешь это перед мной?
— Потому что я хочу тебя. — Вероника сглотнула, ее решимость немного дрогнула под пристальным взглядом призрака. — Я хочу, чтобы ты был у меня первым.
«И единственным», — прошептал голос — ее голос. Он раздался в голове Валентина, сметая все возражения. Заявление Вероники разбудило в нем какое-то более сильное чувство, чем просто страх. Это чувство переполняло сознание Валентина и подавляло все другие желания, кроме желания сделать приятное этой женщине — его женщине.
Вероника наблюдала за сомнениями, отражавшимися на лице призрака. Наконец он нахмурился и плотно сжал губы.
— Это был самый худший стриптиз, который мне довелось видеть, — заявил Валентин, нанося удар по самолюбию девушки и вызывая у нее злость.
Вместе со злостью Вероника почувствовала и ревность.
— Понимаю, ты много повидал в своей жизни подобных зрелищ.
— Действительно.
Веронике стало неловко, и она немного успокоилась.
— И мой на самом деле был самым худшим?