— Боря, ты что мне предлагаешь? — спросила Жанна. — У тебя крыша поехала?
— У меня — нет, — ответил Адский. — Это остальное население с ума посходило, выбрасывая кровные доллары за возможность чокнуться со звездой.
Но тебе-то что за дело, Жанночка? Платят на месте, и очень убедительно. Ручаюсь.
— Торчать как памятник на свадьбе у незнакомых людей?
— При чем тут памятник! Есть масса вариантов. Некоторые, например, любят быть тамадой. Такая у них фишка. А другие просто попоют для гостей с полчасика — и свободны. Ну иногда кто-нибудь на танец пригласит или попросит сфотографироваться вместе на добрую память. Ничего страшного я в этом не вижу. Так и на проклятом Западе звезды халтурят. Ты думаешь, откуда эта мода пошла?
— Короче, ты предлагаешь, чтобы я сдала себя напрокат?
— Видишь ли, Жанночка, — проникновенно заговорил директор, — кто-то из мудрецов сказал, что женщина никогда не сделает того, чего до нее не делала бы другая.
— Слышала. Но этот мудрец имел в виду — в постели.
— Правильно. Но мысль верная и в нашем случае.
— И сколько же платят за такие мучения?
— По-разному. Телезвезды первой величины начинают разговор с пятнадцати тысяч. Кто-то — с десяти. Ребята из сериала про ментов идут по пятьсот баксов каждый. А мы, я так прикидываю, где-то в серединке. Могу уточнить.
— Ну уточни, — с сомнением сказала Жанна, уверенная в том, что никогда не согласится.
Этой уверенности у нее хватило всего на несколько дней.
Октябрь 1999 года. Зоя
— Откуда он там взялся? — спросила Зоя.
Жанна только развела руками. Позвонив на удачу по старому номеру Миледи, подруги меньше всего ожидали, что им ответит ее отец.
— Что же делать? Перезвонить?
— Ну перезвоним, — покачала головой Жанна. — И что скажем? Спросим, зачем он приехал?
— Ясно зачем.
— Ничего не ясно. Мне в Склифе сказали, что родственников не нашли. Может, Милкины родители еще и не знают ничего. Может, они ее искать приехали.
— Может, и так. Что же нам, сидеть и гадать? Все равно нужно с ними поговорить.
— Тогда звони снова.
— Нет, — решила Зоя. — Не по телефону. Надо туда подъехать. Прятаться — это не по-человечески, Жанка. Сколько лет с Милкой дружили! А меня-то она вообще от смерти спасла. Может быть, с риском для собственной жизни.
Жанна украдкой бросила взгляд на часы. Выкроенное для свидания с Зоей время пролетело незаметно.
— Зоечка, у меня цейтнот, — виновато сказала Жанна. — Через двадцать минут я в студии быть должна. Записываю новый альбом. Там меня столько народу ждет. Не могу отменить.
— Ладно, только не делай несчастное лицо. Я и одна могу на Поклонную смотаться. Моих альбомов родина не ждет, — благородно объявила Зоя. — Погнали.