– Ключи! – с ликующим воплем я выудил связку из шкатулки, нечаянно задев крыло игрушки.
– Ты видел? Ты видел, детектив? – прогремел голос Хереса, исполненный неприятного удивления и даже ужаса.
– Что? Что ты там бормочешь, старик? Я нашел ключи, идем, мы больше не можем терять времени зря!
– Разве ты не видел? Когда ты дотронулся до птицы, она… она ожила и посмотрела на тебя… Богом клянусь!
– Послушай, давай будем рассказывать друг другу страшные истории позже, когда вернемся в паб, где нас наверняка уже будет поджидать вкусный ужин. Всего доброго и спасибо за помощь, – я простился с горбуном на ходу, схватил Хереса за рукав и потащил к выходу. – Закрой уже эту чертову шкатулку, пока игрушка не промокла на улице. Ты же не собираешься свести впустую семилетние усилия этой скрюченной мумии?
К моему удивлению, дряхлый автомобиль завелся с первой же попытки, сердито и надрывно заурчав. Я развернул машину, не преминувшую тут же выпустить во влажный воздух клубы густого дыма, взобрался на аллею и неспешно тронулся вдоль мрачных домов.
– Ты ведь хорошо знаешь остров? – поинтересовался я у капитана, когда мы вытащили хлипкую лодку из деревянного сарая и спустили ее на воду.
Проржавевшая машина полуслепого мастера игрушек осталась на насыпной дороге, уходящей в небосвод петляющей серой лентой.
– Хочешь отправиться к тем рифам, о которых говорила Карла?
– Да. Не помешало бы там все рассмотреть. Быть может, нам повезет в этот раз, и удача окажется на нашей стороне.
Он кивнул. Мы залезли в лодку, промочив ноги, отчего у меня тут же испортилось настроение. Внизу, у воды, было еще холоднее, чем наверху в переулках. Я не учел этого, и теперь мне предстояла долгая прогулка по морю под аккомпанемент собственных лязгающих зубов.
– Давай подведем итоги, – начал я, наблюдая за тем, как моряк лихо перебирает веслами. – Что нам известно? Люди пропадают с поверхности земли едва ли не целыми охапками, и особенно это заметно здесь, на острове…
– Оставшиеся жители ведут себя странно, – заметил старик. – Словно они что-то знают и молча ждут неминуемой развязки.
– Я думаю, дело в коллективной тихой панике, Херес. Страх парализует людей и делает их безвольными.
– Не сомневаюсь, что им есть чего бояться, детектив, – мрачно заметил капитан.
Мне было тяжело ему возразить. Пусть в суеверные нелепицы я верить был и не склонен, но отрицать того, что миром завладела необъяснимая психологическая пандемия, я не мог. Если до отплытия на остров всю вину за происходящее я готов был повесить на приспешников Единого Правительства, теперь я сомневался даже в том, что они вообще имели какое-то отношение к происходящему.