— Да вызови ты лошадь! — сказал Гном.
Григ вздрогнул. Это предложение было настолько очевидным, что он в сердцах сплюнул в костер. Пользуясь только чужими лошадьми и не имея своей, он совершенно забыл, что кони Старика управляемы. Ему ничего не стоило через Мистера Томпсона подогнать к себе Ягодку с калипсолом.
— Мистер Томпсон! — позвал он.
— На связи.
— Давай Ягодку сюда.
С некоторой скованностью он снова придвинулся к костру и стал вплотную к Прову. Нападать на тот, кто не ожидает этот от тебя, необычайно трудно. Такое нападение всегда предательство. И сейчас Григ собирался с духом, чтобы преодолеть внутренний барьер.
— Садись! — Пров потянул за рукав. — Худо, што ести никакоже. Ин ладно завтра добудем. Ан ловко они нас?
— Ловко, — сказал Григ, чувствуя, как закипает в нем погасшая было злоба. Он вспомнил Чаку, и боль утраты вновь стиснула сердце, горькой удавкой перехватила горло.
— Эх! — хрипло выкрикнул он и, стиснув запястье Прова, вывернул ему простейшим приемом руку, а потом повалил на землю и, придавив коленом, стал вязать найденным в кармане шнуром сперва запястья, а потом лодыжки. Пров сдавленно шипел, тщетно пытаясь вырваться, бился и наконец затих, видно, устал.
Разжав кулак Прова и стянув с пальца перстень, Григ долго рассматривал его в свете костра, поворачивал разными сторонами, стараясь убрать залегающие в пазах тени. Обычный перстень. Сапфир в простенькой коронке. Что-то уже было, связанное с перстнем. Хорошо бы вспомнить — что.
— Перстень Соломона? — предположил он.
— Группа Дювалье — Кларфельда, — отозвался Гном. — Тысяча семьсот пятьдесят восьмой год. Пьер Дювалье был убит во время несанкционированного покушения на графа Сен-Жермена. Акция его выглядела совершенно нелогичной, поскольку с графом Дювалье ни разу даже не разговаривал. Правда, ретроспективный анализ ментограмм показал внезапное развитие у Дювалье маниакально-депрессивного психоза, и это вроде бы все объясняло. Однако позднее в его бумагах было найдено множество рисунков любимого перстня графа, с которым тот никогда не расставался…
— Не этот? — спросил Григ.
— Нет. Но похож.
Григ посмотрел на Прова. Он помнил, что камень поворачивается, но крутить его просто так, наудачу, не хотел, боялся сломать.
— А и что, — сказал он. — Аз все видех. Ты вращал камень. В какую сторону?
— Сука! — прохрипел Пров. — Будь ты проклят! Ненавижу! — И заругался матерно, скрипя от бессилия зубами, морща злое лицо.
Послышался топот копыт. Григ оглянулся. Выбежавшая на поляну Ягодка подскакала к нему, заржала приветственно.