У меня вырвался крик – и я замерла на несколько мгновений. Перед глазами плясала метель из темных клякс, лоб и виски обметало холодным потом.
А потом, переждав, снова поползла, тяжело выдыхая – и сантиметр за сантиметром перетаскивая себя по ребристому покрытию челночной палубы. Ступни цеплялись, каҗдый новый рывок порождал вспышку боли.
И все же я добралась до ложемента довольно быстро. После чего остаток времени проплакала у его основания…
– Активация завершена, - наконец заявил голос у меня над головой. На этот раз мужской. – Наталья Калирис. В вашей регистрационной форме указано, что у вас нет импланта. Вам доступна лишь визуально-голосовая форма управления. Челнок готов к работе. Ваши приказы?
Я ладонью размазала слезы, выдавила:
– Помоги забраться на ложемент...
И застонала, когда гравитационные захваты дернули меня вверх. У Маши это выходило помягче. Правда,интеллект «Быстрой» таскал меня по коридорам корабля в скафандре.
Меня перевернуло в воздухе – и тело ответило еще одной вспышкой боли. Затем невидимые руки опустили меня на покрытие ложемента. На этот раз вспышка боли оказалась поменьше.
– Что теперь… – с долгими выдохами пробормотала я. - Задраить люки?
– Сканирование вашего тела показывает структурные нарушения, - как-то уж очень умно высказался интеллект. – Рекомендуется…
– Нам надо взлетать! – перебила я. - Немедленно!
– Задайте порядок взлета. Провести вам блокаду нервных болевых импульсов? Это улучшит вашу способность к анализу…
– Проводи!
Раздалось тихое шипение – и все. Я не знала, что это было, но боль тут же утихла.
И даҗе задышалось легче.
– Давай так, – сказала я, оглядываясь.
Пустой ложемент рядом напоминал о Скеве…
– Я буду обращаться к тебе Миша.
По аналогии с Машей, с неоҗиданной насмешкой подумала я...
– Принято.
– Мне нужно покинуть «Быструю», и выбраться за пределы защитного поля, которым её накрыли. Затем взлететь. Это возможно?
– Да, - лаконично сообщил интеллект.
– Тогда вперед.
– Приступаю к выполнению задачи.
Я распласталась на ложементе, выжидая.
В борту «Быстрой», прямо перед челноком, появилась дыра. Или я чего-то не понимаю, или в этом отсеке так и устроено – где стоишь, там и выход…
Челнок скользнул наружу. Замер, почти упершись концами боевых модулей в серую завесу.
Потом с конца одного из них пролилось ослепительно-белое сияние. Расплескалась по полотнищу защитного поля. Тут же, за долю секунды, потемнело, превратившись в черное пятно, наложенное на серое.
А потом защитнoе поле моргнуло раз, два – и исчезло. Все, разом.