– Да, вы правы, мы армия отверженных, но не обречённых! В нас яростно пылает жажда победы, и мы её добудем, но не любой ценой, такая победа для нас будет пирровой, наша задача – не просто добыть решительную победу с минимальными издержками, наша задача – выиграть войну и сохранить нашу мощь. Мы обязаны сохранить себя для будущего, не хотелось бы, чтобы итогами нашей будущей победы воспользовались англосаксы, как это было в нашей истории неоднократно, – с металлом в голосе проговорил Бобёр, устремив тяжёлый взгляд на адмирала Верещагина, который неожиданно для самого себя встал по стойке «смирно» и преданно пожирал глазами своего командующего.
Бобёр умолк, размышляя о предстоящих задачах и целях, которые требовали своего разрешения. Победа в войне с армадой вторжения – это лишь определённый этап, необходимо было ещё и сурово наказать агрессора, пришедшего поработить человечество. Необходимо было у врага раз и навсегда отбить охоту повторять нечто подобное вновь. Нужна была Реконкиста. Большой поход в логово врага, но до этого было ещё далеко, а сейчас надо было сосредоточиться на захвате Новой Тортуги и Хипори с последующим удержанием этих стратегически важных направлений. Сопротивляться враг будет отчаянно, это вопрос выживания для него…
– Командир, мы непременно справимся и покажем армаде вторжения большую такую кузькину мать, от которой врагу ой как долго будет болезненно икаться! – с пылающим взором яростно взревел Верещагин, крепко сжимая немалые свои кулачищи, способные скрутить в бараний рог настоящую кованую подкову.
– Я в этом нисколько не сомневаюсь, Василий Петрович, – негромко отозвался Бобёр, вновь себя ощущая не очень хорошо, его вновь начало подташнивать, и с этим надо было срочно что-то делать. В таком состоянии идти на штурм никуда не годилось.
– Да, и вот ещё что, вышлите мне ваши координаты, я немедленно вылетаю к вам, – распорядился Бобёр и, попрощавшись с адмиралом, отключил связь и, присев, прикрыл глаза, негоже было видеть Верещагину его слабость, тем более в преддверии грандиозного контрнаступления на врага, чтобы тем самым не подорвать боевой дух личного состава.
– Наследник, тебе необходимо срочно ложиться в медицинский бокс на излечение, – настойчиво потребовала Марго, с немалым беспокойством сканируя тяжёлое физическое состояние своего подопечного.
– Надо, – согласился Бобёр, – но несколько позже, а сейчас выведи мне все материалы, которые выслал мне адмирал Верещагин.
С неудовольствием Марго покачала головой, но была вынуждена подчиниться и вывела на экран несколько вариантов плана штурма Новой Тортуги и Хипори. Бобер, тяжело вздохнув, взялся внимательно их просматривать и сопоставлять. Различия были, причём достаточно серьёзные, учитывающие все возможные факторы, в том числе маловероятные. Штаб флота под командованием Верещагина знал толк в своём деле и основательно проработал предстоящую атаку, учитывающую буквально все возможные варианты, вот только всё это были, по сути, наброски, так как имелся достаточно существенный пробел из-за недостатка разведывательных данных. Особой проблемой это не являлось: для столь квалифицированных штабистов внести соответствующие коррективы не составляло труда, были бы в наличии необходимые данные…