— Весь грязный, вонючий — теперь опять мыться придется. И не смотри на меня так, грязнуля. Пришел в гости называется…
Кто-нибудь мне объяснит, что тут происходит? А? Ведь только что прибить пыталась? А может это какая-то ловушка?
— Нет, девочки, какие-то мужики странные пошли. То лапают, то в ступор впадают…
— Еще и комплементы говорить не умеют… — добивает Ритка.
— Что? Стоило мне выйти, как ты уже к Рите клеиться начал?
— Я… нет… я… просто…
— Вот еще и голос пропал, — тоскливо тянет, рыжая стерва. И задумчиво так: — Может, кого другого подыскать? А, девочки?
— Ты же говорила, что он самый симпатичный, — тут же сдала подругу Хельга.
— Да? Точно говорила? — с сомнением тянет Алена. И слегка кивает мне, на то, что я наконец-то обнял ее за талию.
— Говорила, говорила, — смеется Аглая.
— Ну, тогда ладно. Но все равно грязнуля…
— А у ребят уважительная причина, — заступается милая девочка Рита.
— Какая? — слегка приподнимает бровь Аглая.
Ритка тут же начинает щебетать, рассказывая, как мы геройски нагибали технарей.
— Пришлось побегать? — с сочувствием спрашивает Хельга.
— Все ноги сбили, — кивает Молот.
Просто я говорить не в состоянии, пытаюсь прожевать то, что с сосредоточенным видом запихивает в меня Аленка. Похоже, ей нравится этот процесс… Ну, мне то точно.
И вот разговор свернул на тему, которая, так заинтересовала девчонок до того как они ушли переодеваться.
— Так что там с Маратом? — блеснув глазами, интересуется Хельга.
— А что с ним? Все в порядке. Жив здоров. Ой… — это Алена слегка щелкает меня по носу.
— Ты, солнце мое, не съезжай с темы!
— Ого. Уже солнце? — все еще не хочу говорить на скользкую тему.
— Ты! — слегка отодвигается от меня, и упирает пальчик мне в грудь. — Не мни о себе! Я девушка порядочная. Вот только не надо лыбиться! Ты меня сперва чуть не убил.
— Но не убил же.
— Я и говорю чуть. Потом чуть не изнасиловал на снегу…
— Что? Ну, знаешь!
— Знаю, знаю, — с серьезным видом кивает, — холодно, люди смотрят. Потому и не смог…
— Акхр… — теряю дар речи от такой интерпретации событий.
— Не расстраивайся, со всеми бывает…
Да она надо мной издевается! Вот стерва!
— Сегодня облапал всю…
— Я не лапал…
— Лучше молчи, а то я сейчас вспомню, как ты отказывался на меня голую смотреть!!! — обвинительный взгляд и гневная интонация.
— Я не отказывался!
— Да? Точно? Ну, тогда ладно… — вновь обнимает за шею, прижимается поплотнее, и сосредоточенно ерзает. Вроде как устраиваясь поудобней… Легонько кусает за ухо, и начинает жевать… Почувствовав наконец-то, что послание дошло, перестает ерзать… удовлетворенно вздохнув.