И вот теперь мы куда-то летели на небольшом невзрачном эрши. Хотя, на этой планете даже такая модель приковывала внимание зевак. Всё же здесь пока подобное средство передвижения могли себе позволить очень немногие.
Рис старался не подниматься высоко, чтобы я могла рассмотреть пейзажи. Внизу проплывали незнакомые города, деревни, леса, реки, поля, озёра. По серым лентам дорог ездили так называемые автомобили, по рекам плавали небольшие лодки, а вот эрши встречались очень редко.
Вообще этот мир казался мне куда более спокойным, тихим, чем все, что я видела ранее. Даже местные мегаполисы выглядели просто большими поселениями, а не огромными ульями, набитыми людьми. Этот мир существенно отставал в развитии от главных планет Союза, но зато в нём ещё была видна индивидуальность природы и ландшафтов.
Почти всё время нашего полёта я провела, прилипнув к окну. Рис рассказывал мне о местах, которые мы пролетали, вспоминал какие-то события местной истории, о которых успел узнать. А ещё он улыбался… и от этой улыбки у меня в душе разливалось тепло.
– Тебе нравится на Земле? – спросила я.
– Да, – ответил Дарис. – Мне здесь… спокойно. Эта планета очень похожа на Элтарус, где я родился.
– Хотел бы вернуться домой? – поинтересовалась я.
– Знаешь, – начал Рис, мельком на меня взглянув, – за все годы, что я провёл, болтаясь по планетам, у меня было много мест, которые я называл домом. И сейчас с уверенностью могу сказать, что дом – это не строение, это не родные края, и даже не мир, в котором родился. Дом – это место, где твоей душе хорошо, уютно и тепло.
– И где сейчас твой дом? – спросила я, разглядывая его идеальный профиль и лёгкую улыбку.
А он повернулся, поймал мой взгляд и ответил:
– Сейчас, Дель, мой дом рядом с тобой.
* * *
Через пару часов полёта наш эрши опустился на небольшую полянку в лесу у скалистого пляжа. Ещё подлетая, я с восторгом взирала на огромное море, по поверхности которого гуляли высокие волны. Нет, конечно, мне и раньше доводилось видела подобные водоёмы, но это всегда происходило на курортах, где кажется, что даже океан готов на всё, чтобы угодить щедрым клиентам. А это море было диким, живым, настоящим. Даже сидя в эрши, я чувствовала его мощнейшую энергетику. Не удивительно, что сразу же после приземления потребовала у Риса отвести меня к воде.
Он не стал спорить, и даже посмотрел с понимаем. Конечно, Дарис ведь тоже чувствовал силу и ярость водной стихии, её душу и мощь. Уверена, что эта громадина и эмоциями обладала. И если даже я их умудрялась улавливать, то что же говорить об эмпате?