От холода нос и щеки Аллы покраснели; она натянула на голову капюшон, но спутанные пряди волос выбивались из-под него. Добавьте к этому длинные полы халата, и картина покажется комичной.
– Идите домой, к мужу, – сказал Ренат, пряча улыбку. – Вы простудитесь. На улице мороз, между прочим.
– Алек… не причинит мне вреда? – поежилась Алла. – Честно говоря, я его побаиваюсь.
– Не нарывайтесь, и он вас не тронет.
– Я понимаю, что нельзя его злить, но… не могу остановиться.
– Пейте успокоительное.
– Не помогает! – всплеснула руками блондинка. – Надо принимать что-то убойное, а я не хочу! Короче, я не привыкла к грубому обращению. И не намерена привыкать!
– Поживите недельку у родителей, – посоветовал Ренат. – Отдохните, расслабьтесь.
– Я не брошу Алека! Все-таки он мой муж… я люблю его.
– Тогда терпите и не лезьте на рожон.
В свете фонаря, под которым они стояли, косо летели крупные хлопья снега.
– Постараюсь… – едва слышно обронила Алла, переминаясь с ноги на ногу. Ей было страшно возвращаться в квартиру, где они с Алеком будут один на один со своими проблемами.
– Проводить вас? – предложил Ренат со странным ощущением нереальности происходящего.
Окружающие дома, деревья и фонари казались театральной декорацией, разрисованным холстом, за которым скрывается потайная дверца. Куда она ведет?
Смерть гейши Юко повернула расследование в иное русло, а появление призрака Бартини внесло в цепочку событий новое значимое звено…
* * *
Подмосковье, поселок Озерное
В особняке Тисовских не спали. Елизавета Юрьевна, сердцем чуя неладное, бродила из угла в угол.
Павел Иванович закрылся в своем кабинете с охранником, которому было поручено следить за Алеком.
– Докладывай, – велел он, обрезая сигару. – Только не юли и не виляй! Я правду люблю. Какой бы она ни была. Усек?
– Да, Павел Иваныч…
Молодой человек среднего роста с тщедушной внешностью отличался от своих коллег тем, что не внушал опасений. И умом его Бог не обидел. Любое деликатное задание мог выполнить и не подвести патрона.
– Ну, что накопал на моего сына, Захар? Признавайся! – Господин Тисовский раскурил сигару и выпустил изо рта облачко ароматного дыма, вприщур глядя на сотрудника. – Что молчишь? Язык проглотил?
– У Алека есть любовница, – выпалил тот. – Они встречались еще до свадьбы… и сейчас типа продолжают.
– Кто она?
– Гейша из «Чайного домика».
– Это бордель, что ли? – поперхнулся дымом патрон.
– Элитный ночной клуб. В японском стиле.
– Уже легче, – откашлявшись, молвил Тисовский. – А то ошарашил ты меня, братец!
Шторы в кабинете были плотно закрыты, настольная лампа освещала часть пространства, где сидел в кресле хозяин, а перед ним стоял Захар.